Третий приятель герцога Моль - балалаечник Сережка Паперный - слыл придурковатым и недалеким парнем. Он целыми днями бренчал на балалайке в темном подвале в Фисташковом переулке. Нюхал старые валенки своей бабки-повитухи, да драл за углом бомжей и бомжих, не особо разбирая их полу. Герцог дал ему работу в королевском симфоническом оркестре и подарил платиновую балалайку с золотыми струнами. Но и там он не удержался: через три недели его выперли за аморалку (Серж заперся в гримерке одной известной примадонны и подсматривал за ней через щель в ширме). Однако, герцог Моль никогда не бросал своих людей на произвол судьбы. В воскресенье вечером тайные агенты, подчинявшиеся непосредственно герцогу, погрузили всех артистов на старый изношенный самолет, принадлежавший его куму - генералу Пак Ки Мону, нашли трех самоубийц за небольшую плату их семьям и отправили борт прямиком в сторону старого античного города, где некогда справляли культ ужасного бога Мардука. Когда самолет взлетел - то диспетчер Черной Башни немедленно направил его по эшелону, который ранее был выкуплен малазийской кампанией «Бук-хелс инк.».
Позже на киностудии «Союз мультфильм» была сделана следующая запись голосов пилотов и диспетчеров, ставшей главной уликой, «найденной» в черном ящике после крушения обоих бортов:
- Борт 17 я вас не вижу.
- Земля, наш радар показывает другой самолет в нашем эшелоне.
- Это ошибка, такого не может быть.
- Как не может быть, когда я вижу его бортовые огни в трех милях от нас.
- Командир, вы не употребляли наркотических средств непосредственно перед полетом?
Пауза.
- А если и употреблял, какое это имеет отношение к тому, что я вижу, земля?
- Самое прямое, борт 17. Вот, к примеру, ракета, которая сейчас разрывает пополам ваш фюзеляж, совершенно не имеет никакого отношения к самолету, занявшему ваш эшелон. И это несмотря на то, в нем летит весь цвет духовой музыки, начиная с эпохи великого Кёнигсбергского гения и композитора.
- Что вы несете, Земля?
Слышится звук взрыва, удар, матерные слова и крики отчаяния.
- В нас действительно попала ракета! Господи, я вижу, как нескольких человек буквально разорвало в клочья.
Белый шум.
- О боже, я вижу людей в военной форме с музыкальными инструментами в руках. Они играют вальс «На сопках Манчжурии».
Белый шум.
- Я вижу людей на борту самолета над Синаем. Они сейчас взорвутся. Там женщины и дети. Господи, почему их убили? За что?
Белый шум.
- Сука! Блядь! Я вижу ту гниду, из-за которой все произошло. Я вижу его тело в аду. Его жрут белесые черви. Они беспощадно рвут его плоть, изрыгают ее обратно и снова жрут. Бледная тварь корчится в муках, но ничего не может поделать. Такова ее вечная участь. Я вижу глаза мертвых детей, убитых в монастыре и детском приюте, глаза их матерей и отцов, я слышу стоны тысяч мальчишек, сгоревших в окопах, сгнивших в руинах безымянных аэропортов. Нет прощения этой твари ни сейчас, ни в грядущем. А кто был в услужении этой гниды - пусть их покарает длань господня, и будут прокляты их отпрыски до десятого колена.
Когда в ночном небе ярким огненным шаром взорвалась вспышка ее смог отчетливо разглядеть одинокий пограничник, патрулирующий акваторию моря на худой резиновой лодке. Его звали сержант Алексей Песдун-Песковский. Он немедленно телеграфировал в штаб пограничного командования третей стрелковой дивизии имени сестры жены премьер-министра: «Панда-Ленивцу - ровно в то время, которое мы ранее оговорили на планерном совещании у мэра города, между шестой и четвертой звездами созвездия Лисицы, в небе столкнулись два самолета. Один борт из Синая, другой с музыкантами. Позже появился третий борт из Джакарты* (*В отношении него никаких дополнительных указаний не поступало). В случае необходимости предоставить видеосъемку с места событий - рекомендую кадры из кинофильма «Побег из Нью-Йорка». Сообщение зашифровано по системе «Мега фонд национального достояния» шифровальная машина «Рочестер-Ландау». Панда».