- Ведь ты не Оскар Вульф? - Жорж сунул руки в карманы брюк. - И я дам голову на отсечение, что ты никаким образом не связан и с Сидом Шумским, верно?
Сид напряженно, даже несколько театрально смотрел в след уходящему поезду. Паровозный дым из черной, закопченной трубы еще долго висел пучками розовой пузыристой сладкой ваты над головами последних жителей планеты.
- Прости меня, Жорж, - Сид буквально бухнулся в горячий песок, обхватив рукой торчащий остов трухлявого железного пожарного гидранта, обросшего сверху донизу темно-лиловыми пустынными мидиями. - Даже не знаю, что тебе сказать.
Молодой человек чувствовал себя пешкой в какой дикой, на первый взгляд бессмысленной и чертовки опасной игре. Но не будь Жорж опытным агентом, он давно бы опустил руки и спокойно прозябал бы где-нибудь на пшеничных полях римской империи, в образе виноградной улитки в поместье очередного беглого генерала Маркуса Рула. Это была его заветная мечта. Каждый из нас имеет мечту. Просто, мы боимся в этом признаться даже сами себе. Глубокой ночью, в сокровенных снах, мы грезим тем, о чем не можем честно сказать самим себе при свете дня. Кто-то мечтает вернуться в прошлое, туда, где он - маленьким мальчиком сидел на краю бетонной плиты, сделанной стараниями древних мастеров, свесив ноги и смотрел на море. Вглядывался в изумрудно-бирюзовую даль, вдыхая аромат расплавленного асфальта дороги, по которой неслись допотопные железные кони, обдавая округу сизыми облаками выхлопных газов.
Сколько мы потеряли, живя в этой Рекурсии. Сколько потеряем еще? Никому это неведомо. Жорж пнул ногой бархан, чувствуя, как раскаленный песок насквозь прожигает его обувь.
- Скажи прямо, старина, - Великанов сел рядом и тоже обхватил рукой верхушку гидранта.
- Иногда мне кажется, что я давно умер, - Шумский рисовал на песке причудливые фигуры. - Ты веришь в бога, Жорж?
- Конечно же нет, - ответил Великанов. - Это же элементарно для трилобита, живущего на земле более 245 миллионов лет.
- Тогда мне будет проще объяснить тебе мою историю, - Сид внимательно вгляделся в глаза Великанова. - Несколько лет назад, - Шумский запнулся. - Мне сейчас трудно определить точно отрезок времени, о котором я хочу тебе поведать, Жорж. Возможно, это три года-четыре, а может и сто тысяч лет назад, миллион, не знаю. В общем, жил был маленький мальчик, которого звали Оскар Вульф. Не смотри на меня так, парень, ты скоро все узнаешь. Он потерял отца, и чтобы разыскать его отправился с одной девочкой - ты ее знаешь - Розой Ллойд в город Гаммельн. Он должен был разыскать флейту крысолова, чтобы вернуть своего отца. Когда мальчик Оскар уснул на крыше музея, я был рядом.
Великанов буквально впился цепким взглядом в собеседника.
- Звездочет? - Жорж лихорадочно вспоминал все, что ему передал Сергей Леонтьевич.
- Да, Жорж, - я тот самый звездочет - Фриц Иствуд.
Великанов был вне себя от злости. Нет, не на этого старика в оболочке известного революционера, нисколько! Он сетовал только на себя, что не смог раньше распознать мимикритора-мутанта* (*Мимикриторы-мутанты - сущности, способные мимикрировать любые формы белковой жизни, за счет тела своего носителя. Главной особенностью мимикриторов-мутантов является полное копирование образа носителя, при этом они хорошо помнят все предыдущие формы своего существования. В некоторых пост американских цивилизациях они считаются паразитами, что приводит к полному объявлению карантина на континенте в случае выявления подобного мутанта. Мимикриторы-мутанты ранее считались вымирающей цепью, появившейся, как считали некоторые трилобиты, вследствие кровосмесительных браков нескольких поколений жрецов старого царства.)
Жорж смотрел на Сида, в теле которого сидел престарелый звездочет. Мутанты обладают сильными гипнотическими способностями, они способны мимикрировать и за счет собеседника, или группы людей, читая их мысли и приспосабливаясь к обстановке. Жоржу не было смысла узнавать, откуда Фриц узнал о Сиде Шумском, или Оскаре Вульфе. Все это он откапал в голове трилобита, не чураясь вытаскивать самые гнусные подробности лихой молодости Великанова.