- Что теперь будем делать? - мутант сделал жалобное лицо.
- Будем? - Жорж вскипел. - Я знаю, что мне делать, а вот тебе лучше держаться от меня подальше! У меня иммунитет к вашим уловкам. А здесь в пустыне на месте мертвого города тебе вряд ли удастся отыскать подходящее тело в случае смерти.
- Жаль, - по телу мутанта пробежала серо-фиолетовая дрожь. - Могло быть весело.
Сид, или что-то там было в нем, вдруг быстро-быстро принялся вибрировать и вскоре весь погрузился в песок, оставив после себя небольшую, постепенно осыпающуюся ямку.
- Вот, блядь! - выругался в сердцах Жорж. - Такой свиньи мне не подкладывали со времен формирования Гондваны! И кто? Вонючий мимикритор-мутант! Но времени нет, черт меня дери. Трудно без помощника. Интересно, что случилось с настоящим Сидом?
Но Жорж Великанов на то и был великим. Он собрал всю свою волю в кулак и поплелся по занесенной песком дороге, которая едва проглядывалась сквозь белесую пелену кварца.
Жорж увидел город и Башню Лжи, точную копию, которую он видел в Городе. Она, как две капли воды копировала Эмпайр Стейт билдинг, откуда Эвелин Макхейл совершила свой последний полет. Грошовый человек не обманул, рабочие с ювелирной точностью воспроизвели целый квартал Нью-Йорка, с его мостовыми, магазинчиками, рекламой, пожарными гидрантами, зассанными собаками, автомашинами, лавочками с коваными поручнями, почтовыми тумбами, фонарными столбами, деревьями, плененными невысокими чугунными заборчиками, мусором, сливными канавами, стеклом и бетоном.
Песок резко обрывался, давая волю асфальту и брусчатке. По улицам гулял ветер, перенося прошлогодние газеты, обрезки от жевательных резинок и упаковки от презервативов. Жорж увидел молодую пару, видимо, спешившую в ближайшее кафе, чтобы отведать сладкий круасан и чашку ароматного кофе. Полицейский лениво щурился на солнце, надвинув козырек форменной фуражки чуть ли не на нос. Пожилая леди выгуливала белого пуделя на длинной поводке, инкрустированном драгоценными камнями. Бродяга копался в мусорном баке, время от времени, ругаясь, на чем свет стоит, кляня кризис, демократов и арабских террористов в обтягивающих костюмах из латекса, какие носили еще во времена пророка Карлсона Штайера. Высокий джентльмен с тростью в руке неторопливо курил сигару, держа в правой руке газету.
Жорж ускорил шаг. В его голове проявилась карта района, который он, к слову говоря, знал, как свои пять пальцев.
- Простите, сэр, мое любопытство, - на Жоржа смотрел высокий мужчина с бельмом на правом глазу. - Вы же журналист? Верно?
- Да, - Жорж по старой журналисткой привычке стал искать свое удостоверение, или визитную карточку.
Вдруг его рука замерла. Дежавю настигла его в тот момент, когда молодой человек осознал, что уже говорил с этим продавцом фурнитуры для ванн. Инструкция гласила: «В случае, если агента-ученого настигла Дежавю, ему неукоснительно (дабы не повторять сценария, который предусмотрен программой Дежавю) следует соблюдать следующий регламент:
- не смотреть на объект,
- не делать ожидаемых действий,
- производить резкие звуки, чтобы отогнать видение,
- напевать шестнадцатую симфонию Дмитрия Шостаковича,
- избегать крепких алкогольных ругательств».
Жорж сделал ровно все по инструкции: он закрыл глаза, громко пукнул и принялся наигрывать губами шестнадцатую симфонию великого композитора.
- Придурок, - Роджер Ган сморщил нос, от смрада, который вылетел из кишечника Великанова. - А я хотел показать тебе свой сосок.
Но Жорж не слышал его слов, он стремглав бежал к Башне Лжи. Молодой человек чувствовал, что загадка Эвелин Макхейл вот-вот разрешится. Он пробежал мимо автомобиля, на крышу которого упала бедняжка и влетел в холл. На этом Дежавю закончилась! Молодой ученый поборол ее. Впервые в истории вселенной! Внутри все было по-другому: не было ни фонтана, ни писателя, ни девок с Буферизациями, ни мертвого детектива Фрэнка Мюррея - лишь картон, дешевые гипсовые копии натуральных мраморных статуй, манекены в обносках и гигантские кучи коробок из-под фастфуда.
- Черт, кажется, кажется я опоздал, - прошептал Жорж, озираясь по сторонам.
Здесь все было мертво. Гаммельн рассыпался в прах несколько миллионов лет назад. Башня Лжи, построенная Грошовым человеком специально для Эвелин, лишь снаружи казалась точной копией Нью-Йоркской Башни. Внутри все сгнило и протухло. Подделка сквозила во всем. Дорогой мрамор заменили пластиком, шикарные люстры в холле - мутнели пожелтевшей пластмассой, тропические растения из зимнего сада - пылились ненастоящими листьями и бумажными цветами, старинный лифт представлял собой ничто иное, как фанерную будку, кое-как сбитую и стянутую резиновыми жгутами. Там, где должен был «сидеть» труп детектива Фрэнка Мюррея, лежала кучка детских скелетов. Жорж подошел ближе и прочитал рекламную надпись, сделанную на табличке в центре страшной кучи: «Вы покупаете у нас Зарин, мы поставляем вам партию виолончелей с фруктовой начинкой».