- Признаюсь, что не смогу догадаться, господин Форсайт, - ответил я, чувствуя, что моя борода вдруг начала сползать вниз на белоснежную рубашку.
Я подхватил ее руками, пытаясь удержать от падения.
- Имя ему Джон Солбери!
Слова охотника за головами чуть не отвлекли меня от удержания бороды. В последнюю секунду я подхватил ее правой рукой и, нагнувшись, сделал вид, что сильно закашлялся. В этот момент первые капли виски только ударились о лед в стакане, начиная его перемешивать по часовой стрелке.
- Я дал ему имя этого негодяя плута и мошенника из Бостона. Я лелеял своего Джона Солбери, наделив его поистине христианской добродетелью, мужественным лицом, твердым характером и прекрасной родословной первых благородных переселенцев из славной Шотландии. У него была прекрасная жена - Шерил, трое ребятишек - все мальчики, два спаниеля и прекрасный дом в Бостоне, на Черристоун авеню. Для этого я покинул избушку, и среди лютой зимы отправился в Бостон, чтобы физически быть ближе к моему герою, хотя, как вы изволили понять, он был лишь плодом моего воображения. Средства были на исходе, но я не обращал на это никакого внимания. Работа над романом в моей голове подходила к завершению. Оставалось только придумать развязку и эпилог. Утром я проснулся как всегда в пять часов, позавтракал кипятком и куском сахара. В половине шестого я сел за стол и первый раз за несколько лет наконец взял в руки перо. В моей голове все улеглось по полкам: главный герой, его жизнь, судьба его близких, печальная участь врагов Джона, и наконец, обретение долгожданного счастья в Америке в кругу семьи и выросших детей. Я уверенно взялся за перо, как вдруг мне на глаза попалась газетная заметка, в которой говорилось, что господин Джон Солбери обвиняется в попытке убийства Элизабет Беккери, законной жены досточтимого сэра Роналда Беккери, мецената и ценителя настоящей литературы. Шериф Бостона устанавливал награду в 1000 долларов за его голову. Вы можете себе представить, господин президент, каково эту лицезреть собственными глазами, как твой собственный идеальный герой, на которого ты положил столько лет своей жизни, испытывал нужду и лишения, в одно мгновение превратился в ординарного преступника? И тогда я твердо решил податься в маршалы. Я сам пришел в здание министерства юстиции Бостона и подал заявление на вступление в батальон. Мне пришлось сдавать кучу экзаменов: например, экзамен на знание биографии Клинта Иствуда, Энио Морриконе и Серджио Леоне. После устных тестов, следовала практика - как быстро вынуть револьвер из кобуры, не меняясь в выражении лица, как зажечь спичку о каблук сапога, как одним залпом выпить стакан виски и самое сложное - как курить крепкие сигары, не откусывая кончика! Сдав все на отлично, я получил вот эту звезду.
Форсайт снова открыл полу своего плаща. Я тут же заметил склянку, торчащую из кармана справа от звезды.
- Простите, господин Форсайт, а это что такое? - я указал пальцем на банку.
Дюк побледнел и быстро запахнул плащ.
- Простите, не могу об этом сказать даже вам, господин президент, - прошептал Форсайт, глядя на меня бегающими глазками. - По большому секрету могу лишь добавить, что это пропуск, но вы - молчок.
Он приложил палец к губам и шикнул на меня, словно воспитатель из детского сада шикает на непослушных детей.
- Пропуск, куда? - я тоже перешел на шепот, хотя говорил довольно громко, чтобы нас не заподозрили.
- Вы толкаете меня на преступление, господин Линкольн, - недовольно бурчал Дюк. - Это пропуск в Зону Картера.
Я первый раз слышал об этом географическом названии, хотя, признаться имею ученую степень по странам и континентам, расположенным под вторым слоем земной коры.
- Мне это ни о чем не говорит, мистер Форсайт, - не переставая поддерживать бороду, сказал я.
- Неужели президент Линкольн никогда не слышал о Зоне Картера? - в голосе Дюка слышалось неподдельное недоумение.
Я отрицательно мотнул головой.
- Зона Картера, это рай для всех писателей, - пояснил Форсайт. - Точнее для тех, кто ничего не написал, но книга уже живет независимо от воли ее создателя. Ее герои вырвались на свободу, обретя счастье жизни. Я мечтаю, что когда доберусь до этого самозванца Солбери и прикончу его, то, получив свои законные тысячу долларов серебром, уеду в Зону Картера и смогу там жить припеваючи в небольшом домике под красной черепичной крышей с бассейном. Я даже купил по случаю себе печатную машинку «Золингер-3», которая может подключаться к телевизору.