Я свернул направо, обратив внимание, что возле каждого домишка стояло эта странное сооружение, под названием «ЯМ». Через три сотни метров я увидел небольшой магазинчик, перед входной дверью которого позвякивали бамбуковые палки, связанные между собой капроновыми нитками. В магазинчике было жарко, как в аду. Темноволосый мальчуган с большими глазами играл сам собой в кости своей покойной бабушки. Его мать, беременная женщина с обреченным взглядом, пыталась достать до верхней полки, чтобы снять бутылку рисовой водки для одного «белого» господина. Двухметровый бугай, весь на странных татуировках, в одних грязных трусах с обгоревшими плечами и лицом полного дебила равнодушно наблюдал, как она карабкается на стул.
- Позвольте, - я без церемоний зашел за прилавок и, несмотря на свой довольно немаленький рост - почти в шесть футов два дюйма, был вынужден встать на носочки.
- Спасибо, - продавщица взяла деньги и, отсчитав сдачу красномордому бугаю, приветливо улыбнулась мне. - Чего вы хотите?
Я взглянул на прилавок. Там лежало множество всяческой наверно еды, правда из известной мне я увидел только знакомые на вид куриные яйца и то, розового цвета.
- Я желал бы купить еды впрок, мне предстоит много работы дома, я - писатель, и не хотел бы последующие две-три недели тратить время на поход в магазин.
Женщина шикнула на мальчугана, тот, насупив брови, нахмурился и ушел куда-то на задний двор магазина, служившего этой семье еще и домом.
- Я вас поняла, если хотите, давайте составим вместе список всего, что вам необходимо, а я закажу для вас без большой наценки. Я вижу, вы хороший человек, у вас доброе сердце, и вы очень помогли мне сейчас, - она погладила свой живот и с умилением взглянула на меня.
- Право, я не совсем разбираюсь в местных продуктах, - я с опаской взглянул на россыпь скорпионов в кляре, майских жуков с болгарским перцем и белых, жирных личинок, сваренных в кипящем масле с обжигающим огненным красным стручковым перцем, зародышей крокодилов в собственном соку с чесноком и лаймом.
- О, не обращайте на это внимания, это для безмозглых туристов, вроде того, кому я сейчас продала водку, - женщина рассмеялась, вытирая руки о майку, с изображением великого Че Гевара Гомеса.
Она достала толстый журнал, на первой странице которого я увидел знакомую мне пиццу, чизбургер, гамбургер и даже горячий хот дог с аппетитной сосиской, политой сверкающим кетчупом и горчицей.
- Вы можете присесть и полистать, а я приготовлю вам что-нибудь освежающее.
Я взял каталог и сел на ротанговый стул.
- Меня зовут Лора Сой, - женщина протянула руку, я пожал ее, слегка привстав со стула.
- Сид, Сид Шумский, писатель.
- Могли и не говорить, это и так видно.
Лора взяла несколько бутылок из старого холодильника и начала что-то колдовать у прилавка. Пока я делал заказ, она смешала содержимое как минимум дюжины сосудов совершенно разных цветов, марок, крепости, вкусов и качества. Затем в ход пошел: яблочный уксус, клубничный сироп, яичные желтки, соус чили и черный молотый перец. Когда женщина поставила передо мной высокий бокал, с мягко говоря подозрительным содержимым, я вопросительно взглянул на нее, не решаясь прикоснуться к сосуду.
- Можете не бояться, этот напиток делал мой отец, когда страдал от похмелья, поверьте, вам сразу же полегчает.
Я осторожно толкнул бокал указательным пальцем и синевато-зеленая темная жидкость, своей консистенцией напоминавшая газированное оливковое масло, выпустила смрадный пузырь в воздух, создав в магазине невыносимую атмосферу.
- Пейте, пейте, господин Шумский.
Я сделал глоток и, по привычке перестав дышать, опорожнил ровно половину бокала. Признаться откровенно, я ожидал очередной приступ тошноты, плавно переходящий в рвоту. Прошла минута, другая, но ничего подобного не случилось. Мой желудок подал сигнал мозгу, что все в полном порядке, и я могу продолжать свои алкогольные и наркотические эксперименты.