Через десять минут герцогиня избавилась от бремени. Рядом с матерью на большой кровати, устланной парчой, расшитой золотом, лежало симпатичное полено...
Так родился он - пророк, бич божий, глаз Амона, кузнец Святого меча и хранитель Изумрудной Скрижали - Санчес Пиноккио!
Вечная хвала имени его!
Мистер Ли перевел дух и добавил:
- Мы передаем в аренду мумию Великого Архитектора Карло Бестульджи, они выдают ее за зрелого Христа, буквально перед его участием в тайной вечере.
Китаец снова приложил палец к губам.
- Понятно, - протянул я, чувствуя, что окончательно запутался в геологических и временных рамках.
Мистер Ли снова кинул покрывало на мумию, но за мгновение до этого мне показалось, что деревянная рука показала мне средний палец. Он закрыл на замок крышку, а ключ снова сунул в карман.
- Давайте, наконец, поговорим о нашем деле, господин Шумский.
Мистер Ли снова сел за стол. Он нажал кнопку на настольной лампе, и
сверху со скрипом опустился внушительного размера поднос. Он был весь уставлен яствами, от чего у меня, ничего не евшего с утра, разыгрался ужасный аппетит. Там лежали жареные перепела, ветчина, буженина, ароматная индейка под золотистой корочкой, говяжий язык с перцем, половина молочного поросенка с горчицей, соленый виноград, лимоны, яблоки, картофель, медовое печенье, графин доброго красного вина, два хрустальных бокала на высокой ножке, сыр, сушеные фрукты, фисташки, грецкие орехи, миндаль, фундук и кешью.
Мистер ли взял с подноса самый маленький миндальный орех, затем снова нажал на кнопку, и пока поднос с тем же мерзким скрипом поднимался к потолку, протянул орех мне.
- Угощайтесь, господин Шумский.
Я было протянул руку, но китаец, внезапно одернул свою и молча сунул орех себе в рот.
- Простите, это не вам, я ошибся.
Мне стал крайне неприятен поступок тщедушного мужчины с большими зубами, я хотел сказать ему какую-то дерзость, но он опередил меня загадочной фразой:
- Я хочу предложить вам работу в своей компании, господин Шумский, мне нужен помощник, кто будет контролировать рукописи, написанные литературными рабами для известных писателей.
Предложение мистера Ли разительно отличалось от слов господина Дюка Шульца - о психоаналитике, но тем не менее, оно вызвало у меня неподдельный интерес.
- Вы хотите сказать, что именитые писатели обращаются к вам в поисках помощи в написания своих романов?
Китаец улыбнулся во весь рот.
- Именно так, господин Шумский, - он набил шариковую ручку табаком и закурил. - Скажу откровенно, мы работаем не совсем легально, в Зоне все компании подобного рода должны платить высокие налоги, но у меня есть связи с главным поваром в королевском дворце. Я каждый месяц подкидываю ему каштанов и еще кое-чего покрепче, а он прикрывает мой бизнес. Наши услуги обходятся в два раза дешевле, чем у других, поэтому проблем с клиентурой нет.
- То есть господин Хемингуэй...
- Это наш постоянный заказчик, когда он напивается, то каждый раз во сне попадает на границу Зоны. Там на КПП сидит мой человек, вот он-то и сосватал мне старика Эрнеста. Недавно мы заполучили Стивена Кинга, Мураками и Пабло Коэльо. Работы выше крыши! Ну так как, господин Шумский?
Мистер Ли размял кривые пальцы и почесал у себя между ног.
- Признаюсь, у меня были другие планы, я начал работать над рукописью...
- Неужели над продолжением «Грозы над Сахарой»? - с усмешкой спросил китаец. - Ее за вас писал один мой работник - Карлито, правда я его уволил за тупость и нерасторопность еще в прошлом году.
Это было новостью для меня. Безусловно, когда я садился за «Золингер» и начинал набирать текст, у меня поначалу складывалось впечатление, что кто-то или что-то водит моими пальцами по клавишам. Слова, предложения выходили сами собой, а потом, перечитывая написанное за день, я с ужасом понимал, что рукопись слишком далека от первоначального замысла, который я в нее вложил в голове. Но позже это чувство почему-то пропало.
- Все верно, господин Шумский, Карлито был гомосексуалистом, вот он и слился с вами без вашего ведома, в Зоне такие отношения строго преследуются по закону.
- Гомосексуалист? - с придыханием спросил я.
Моя задница страшно болела первые несколько дней после начала работы над романом. Я просыпался по утру, чувствуя неприятное зудение в области прямой кишки. Так вот значит что! Этот сучонок Карлито трахал меня, пока я спал, да притом написал за меня полную ахинею!
- Да, вы видите, у меня нет оснований скрывать что-то от вас, господин Шумский.
Голова китайца погрузилась в дремучее облако смердящей пластмассы горящей шариковой ручки и какой-то мерзкой травы.