А я полежал чуток, да уснул. И приснился мне сон. Будто пришел я баню, разделся, зашел в помывочную. Вхожу, а там одни бабы моются, но у всех длинные черные бороды. А посередине, на высоком помосте толстая дама восседает. А в руках она держит карты но все картинки пустые!
Стал я шарить руками в поисках шайки, а шайки все с глазами так и смотрят на меня жалобно, а одна, бесстыжая, подмигивает.
Вдруг дверь в парную открывается, и на пороге мужик стоит в белом халате. Смотрит эдак пристально на меня, а потом как гаркнет:
- А ты чего здесь забыл, собака, тебе в шестой надо!!!
Я, прямо, опешил, глазею по сторонам, шестой ищу. Вдруг вижу дверца маленькая, а на ней номерок «6». Я дверцу тихонько толкнул и оказался в большом светлом зале. Голый, а вокруг полно столов, а за столами секретарши сидят, до что-то печатают. Присмотрелся, гляжу, а вместо рук у них спицы вязальные, да так противно цокают.
- Вам кого надо, гражданин?
Я оборачиваюсь и вижу прямо перед собой Роберта де Ниро, но с лицом Анубиса. Он одет в дорогой костюм в полоску и старые, замшелые кеды.
- Вы к товарищу Склифосовскому?
Признаюсь, что от стыда, что я голый, немного пустил газу. А этот де Ниро как засмеется во всю глотку.
- Он точно к Склифосовскому, Анна Илларионовна, проводите товарища.
Из-под стола вылезает большая черепаха в обтягивающем трико.
Она встает на задние лапки и быстро бежит в другой конец зала. В это время я начинаю понимать, что за окном Марс. И дома марсианские, и собаки на улицах марсианские, милиционер и даже хлебная машина с синей кабиной.
Изо всех сил я бегу за черепахой, но чем быстрее я бегу, тем дальше она от меня становится. У выхода черепаха исчезает и я сталкиваюсь лицом к лицу с апостолом Павлом. Он сидит спиной ко мне и продает лотерейные билеты. Правда все номера на них уже кто-то стер ластиком.
- Тебе сколько?- спрашивает апостол.
- А сколько можно?
Он поворачивается и я понимаю, что меня опять обманули. Вместо апостола Павла со мной говорит чеснок.
- До пошел ты в жопу, - мне стало себя жалко.
В это время по залу разносится «Дубинушка». Большой хор карасей в милицейской форме и зеленых лосинах изо всех сил старается тянуть ноты.
Отрывок из романа Джона Солбери «Лимфоузел царя Леонида» (издательство «Золотой дождь», Москва, 1967 г.)
Ночь. Красная площадь. Мавзолей. На Спасской башне сидит ворона. Ее черные глаза блестят от алого Света вокруг. У входа в мавзолей стоят солдаты. Один сурово смотрит вперед, а другой-просто молчит и думает о чести, которой его удостоили.
- Закурить не найдется, солдатики?
Караул оборачивается. На пороге стоит Ленин. В домашнем трико и тельняшке навыпуск.
- Черт! - выругался сержант Коркин.
- Черт!- выругался сержант Гвоздь.
Ленин потянулся.
- А что, батенька, какой год нынче? А это что за хрень? - он указывает на памятник князю Владимиру. - Кто приказал поставить этого болвана?
Солдаты крестятся.
- Это недавно поставили, Владимир Ильич! Честное слово, мы тут не причем.
- Это мы сейчас разберемся, кто здесь причем! - картавит покойник.
В это время из могил у кремлевской стены вылезают другие покойники.
- Нынче бал!- гремит голос Ленина.
Музыка Вагнера доносится из окон Ленинской библиотеки.
Я комфортно устроился в кресле бизнес- класса. Вино. Семга. Отличный сыр. Боюсь летать на самолете. То ли дело самому полететь. После посадки решил попробовать полететь. Взмахнул руками и... Полетел! Парил над аэропортом, потом перелетел к реке. Слышу подозрительный звук позади. Оглянулся - два истребителя: один «Адмирал Кузнецов», а второй «Дамасский мул». Как неприятно пуля от пулемета входит в тело. Просто ужас! И зачем я полетел?! Сидел бы сейчас на кухне, пил водку с колбасой. Разговаривал с соседом- Борисом. А потом самолеты сбросили все бомбы на школу чечетки в пригороде Алеппо-на-Ефрате.
300 спартанцев поспорили с тремя старцами в фиолетовых перчатках. Спартанцы говорили, что победят при Фермопилах, а старцы в фиолетовых перчатках ничего не говорили, им вера не позволяла. Но поспорили серьезно. 300 спартанцев вышли на битву. Ксеркс возвел руки к небу. Оскар ему был обеспечен. Когда 300 спартанцев одержали победу, два старца в фиолетовых перчатках склонили головы и отдали все свои купоны на неограниченное посещение Афонской горы, где монахи который в подвалах год прячут последнее дыхание Человека без лица. А у царя Леонида после битвы воспалились лимфоузлы.
Я последний из трех мушкетеров. Я- четвертый. Меня звали Атос. Но друзья называли меня Хулиган. Я был женат на Миледи, но она потеряла голову от любви. Мой друг Д'Артаньян уехал в Ереван. Его дедушка был родом из Давташена. Его возлюбленную отравили просроченным йогуртом из «Магнита». Он обиделся и уехал. Портос слыл обжорой. Но стал принимать порошки Малышевой и умер стройным, красивым и обрезанным. Его цвет лица в гробу дышал счастьем и здоровьем. Арамис стал раввином в Минске. После войны его расстреляли два раза: сначала немцы, потом наши, но его спасли экстрасенсы из Владивостока.