Я - последний. Я- легенда.
К стене прибили доцента Шмойля. Доцент не сопротивлялся. А зачем ему лишние движения? Он ведь -доцент. Квартира, дача, жигули - все, что культурному человеку надо.
Мой тесть заядлый рыбак. Настолько заядлый, что однажды ушел на рыбалку и не вернулся. Его нашли весной. Весь распух и позеленел. Вот к чему приводит излишняя забота об экологии.
Жил был Животов. Он плохо учился в школе и всем завидовал. Когда учительница спрашивала его, он жевал и плакал. Все книжки он сменял на пирожки и сочники. Животов никого не любил. Он рано стал заниматься онанизмом. В своих мечтах он представлял графа Кропоткина и Орнеллу Офенбах.
В институт он не поступил и пошел на службу. На службе его не любили. От Животова пахло молоком и малиновой жвачкой. Однажды старшина спросил его:
- Почему ты пахнешь молоком и малиновой жвачкой?
На что Животов бодро ответил:
- А у нас к Красной Армии все должны так пахнуть, согласно уставу, товарищ старшина.
Старшина покачал головой и выбросил ее в мусорный жбан.
Идет Животов в увольнение, а сам воробьев считает. Вдруг падает ему на голову камень. Больно ушиб голову. Завыл Животов.
- А почему я не писатель?- возникла в голове Животова мысль. - Я смогу.
Вернулся он в казарму, взял перо, да лист бумаги и стал писать. Но вспомнил, что писать не может. А мысли бегают в голове разные. Столько их скопилось, что таки прут наружу. Запрыгал Животов от злости. Застучал зубами. Пришел старшина- съел старшину Животов. Пришел лейтенант- съел лейтенанта. Пришел капитан- съел капитана. Пришел майор- съел майора. Пришел подполковник - съел подполковника. Пришел полковник - съел полковника. Пришел генерал- съел генерала. Наелся досыта. И снова писать захотел. Мысли так и прут, так и прут.
Как съел он всю армию, демобилизовали его. Животов вернулся домой. Пошел на прием к начальнику и сказал, что, мол, известный писатель. А начальник поверил ему и дал оклад в триста рублей, койку в комнате и торшер с фикусом. Зажил Животов, стал писать. Напишет листочек, хрясть его в компьютер сунет, и ждет часами, когда компьютер его напечатает. В среду, после обеда Животов захотел отобрать у Французов Ниццу. Уж больно любил он мечтать о ней. Прилетел ночью на самолете, высадился в аэропорту и стал везде таблички менять с «Франция» на «Россия». Поймали его полицейские, допрашивать стали, а пока сержант писал протокол, Животов сделал его капитаном полиции и подарил фуражку с двуглавым орлом. Полицейский возгордился такой положительной перемене и стал помогать Животову. Собрали они личный состав и проголосовали за выход из Франции. В муниципалитете услышали о проделках засланного казачка, собрали совещание. Но пока они совещались, пришли новые полицейские и заставили всех проголосовать за присоединение. Утром проснулись жители Ниццы, а в городе все поменялось: стоят церкви с куполами, рынок посреди набережной соорудили, три автостоянки на месте парка построили, и снег привезли из Екатеринбурга. Все по-русски говорят, да пиво утром хлещут. Понравилось Животову картина, но он решил не останавливаться на этом и направился к туркам, чтобы Босфор забрать. А Турки прознали об этом и попросили Человека без лица убить Животова. А утром его взорвали в лифте, а людям сказали, что это сделали французские продавцы клубничного мороженного.
Программист Федосеев сидит за компьютером. Он курит и жмет кнопки на клавиатуре. В комнате накурено. Его друг программист Чеважский пьет пиво, молится и смотрит в окно. Стук в дверь. Федосеев, не торопясь, открывает. За дверью стоит человек в дорогом футляре. Это агент Собакин. Рядом с Собакиным женщина в кожанке и красной косынке. Это Большевичка Роза Коган. Она курит папиросы задом наперед.
Федосеев (удивленно) : Вы кто?
Собакин:(сурово): Я агент Собакин, это Коган.
Федосеев: Зачем пришли? Мы за свет оплатили еще в прошлом году, а дрочим только по талонам.
Коган (насмешливо):Здесь дело похлеще света и вашего онанизма. На вас поступил сигнал.
Чеважский (из комнаты): Кого там черт принес?
Черт: Я такую мерзость даже в руки не возьму. Копыта замараю.
Федосеев (громко): Это агенты. Они говорят, что на нас сигнал поступил.