Ближайшая дверь ко мне отворилась и лисья морда прошепелявила в сторону старика:
- Заходите, гражданин.
- Вот видишь, человек хороший, все чин-чином - как обещали, так и сделали!
Старик вошел, но через секунду вышел. На его лице читалось изумление и досада.
- Сказали надо сфотографироваться, - он держал в руке бумажку.
- Надо, значит надо, - мне хотелось узнать причину его озабоченности. - А где делают снимки?
- Здесь же, - он указал на дверь, из которой только что вышел.
- Ну так идите!
- Они сказали, что очередь. Приходить через тридцать пять лет.
- Чего?!
- Главное, что все по закону, - вздохнул старик и снова уселся ждать своей очереди.
В два часа зазвонил звонок. Все двери одновременно открылись и лисы выстроились в два ряда. Я с любопытством смотрел, что будет происходить дальше. Кто-то зазвонил в маленький колокольчик и служащие паспортного отделения дружно зашагали к выходу, запев песню:
«Вчера еще ты был в армии, но сегодня на гражданке ох-хо-хо, поженился на армянке, ох-хо-хо»...
- Куда это они? - мне не хотелось расстраивать старика лишними вопросами.
- Время обеда.
Старик погрузился в свой тулуп и демонстративно громко захрапел. От нечего делать я стал заглядывать во все кабинеты. Первое, что меня поразило внутри - это высокие горы документов. От пола до потолка было не менее четырех с половиной метров, такие дома строили еще в эпоху Человека без лица. И вот все это пространство было завалено кипами, связками и папками с бумагами. Не было видно даже окна! Повсюду валялись конфетные обертки, упаковки от мармелада и пастилы. На стенах портреты нынешнего Человека без лица. Карандаши, точилки, чернильницы, перьевые и шариковые ручки стояли в тонкостенных стаканах на невысоких столах. Все они выглядели совершенно новыми, словно ими никто никогда не пользовался. Над этим полным бардаком кружились целые стаи мух. Мухи были повсюду: на настольных лампах, чашках, тарелках, полу, потолке, везде, кроме портрета Человека без лица! Как только какая-нибудь чертовка собиралась сесть на раму, или холст, из стены справа появлялся сонный человечек с рожицей трефового валета и отгонял муху прочь лазерной указкой, светя ей прямо в глаза (из бюджета города на эти цели было выделено 7896778666555, 45 руб. золотом, например, бюджет всего пенсионного фонда составлял 234,78 руб, медью на четыре квартала). Вечер подкрался незаметно. Служащие после обеда поехали на семинар по улучшению качества обслуживания населения и больше не возвращались. Люди постепенно стали укладываться спать. Понимая, что меня надули, я тоже примостился в углу под батареей. Ужасно хотелось есть. Желудок бурчал и стонал. Я попытался вспомнить дорогу к дому, где был выставлен саркофаг, но в голову лезли лишь строки из старинной книги, которые я тут же забывал. Ночью мне приснился забавный сон, будто я вышел на площадь, держа в руке плакат на котором не было ничего написано. Я стоял у большого пирамидального сооружения красного цвета, в котором лежал чей-то истлевший труп. Через три минуты ко мне подошли трое человек в масках чумных докторов с длинными клювами и отвели меня в желтое здание напротив пирамиды. Там меня допрашивал страшный мужчина с двумя головами. Одна голова играла доброго, а другая злого полицейского. Я ничего не отвечал, лишь негромко выстукивал ногтями по полированной крышке стола арию из оперы «Медная наездница». Потом в кабинет вошла очень красивая женщина с иконой в золоченой раме Человека без лица. Она поцеловала меня в засос, потрогала за член и сказала: «Ти есть шпион, ти есть агент ЦРУ!». Меня посадили в поезд и повезли в Сибирь, где я и умер через 65 лет в должности директора библиотеки.
Утром я совершенно забыл свой сон, хотя в точности помнил каждую деталь из него.
Ровно в десять часов в коридор вошел раздосадованный полицмейстер. Он держа в руке голову того самого очкастого шимпанзе, и аккуратно ложечкой ел его мозги.
- Господи, наконец-то мы вас нашли, господин Петро! - улыбнулся полицмейстер. - Жандарм весь город обкукукал, но ваш след простыл. А этот негодяй хотел пол поменять!
Полицмейстер указал на отрубленную голову.
- Эй там!
Из комнат высунулись все лисьи головы.
- Ну-ка ты, справь-ка этому господину новый пашпорт, да не так как в прошлый раз!
- Слушаюсь, вашеродие, - лис поманил меня пальцем.
- Буду ждать вас в автомобиле, господин голова дает праздничный обед в вашу честь.
Действительно, через пять минут я вышел из здания, держа в руке новенький паспорт. На первой странице было написано: «Дж.Локк - Мысли о воспитании». Я быстро сообразил, что Дж.Локк - это мое новое конспиративное имя. Как ловко придумал мистер Ли! У него везде были свои люди. Теперь для меня не составляло большого труда легализоваться здесь, за периметром Зоны Картера.