Я оглянулся вокруг. Ровный участок в пятнадцать соток. Я точно знал, что пятнадцать. Мы были здесь неоднократно с Лорой. Последний раз года четыре назад. Ездили на Волынь. На своих «Жигулях» ездили. Это тёщин участок на общем, совхозном поле. Совхоза уже нет давно. Поле пока есть. И наделённые участки работникам советского хозяйства пока не отняли. Тёща пользуется. Мало ей земельного надела под домом. А там - ни много, ни мало, десять соток чернозёма. Здесь, на коллективном поле, она высаживает картофель. Исключительно. Себе, свинкам и немного на продажу. Если излишки останутся. Если урожай хороший. Я узнаю и время года. Начало мая. Майские праздники. Мария всегда сажает картошку на первомайские. Так повелось. Праздники! Выходные дни, можно и на себя поработать. Почему я здесь?
Чуть поодаль, на просёлочной дорожке, стояла моя машина. На самом краю участка. За ней, в теневой стороне, видна детская коляска. Такая - которая лёгкая, летняя. Розовая, с белым верхом. Спинка коляски была откинута в горизонтальное положение. Козырёк накрыт. Натянут до предела. Защита от солнца. Я знаю, что в коляске, под тёплым пледом спит Ншан. Я знаю, что ей ещё нет и трёх лет. Не знаю откуда, но я всё знаю. Мы с тёщей приехали сажать картошку. Лора, наверное, осталась в доме. В доме у матери. На хозяйстве. Куховарит. Скорее всего. Мне так думается. Или я так знаю? Или я так решил для себя? Не могу сказать. Ншан с нами. Со мной. Это нормально. Она всегда и всюду со мной. Я копнул взбитую землю. Мягкую. Рыхлую. Ямка образовалась сразу. В лопату. Молодей, Мария! Постаралась. Граблями расчесала. Подготовила работу мне. Копать предстоит – одно удовольствие! У нас разговор течёт. Плавный. Неспешный. У нас всегда так, когда мы вместе. Разговор. Под настроение. Под гимн солнцу. Спасибо жаворонку.
- Мать, сдалась вам эта картошка!? Для себя посадили бы немного и хватит. Не проще купить у тех же соседей, у фермера? Я вам деньгами помогу. Тут же упасть и не встать, работы сколько. Сейчас-то ладно. Сажать не копать. Осенью мы не приедем. Не можем мы из конца в конец страны на картошку мотаться. Накладно слишком. И ребёнок у нас. Сами же вы не выкопаете. Людей придётся нанимать. Так ведь? Расходы, опять-таки. Подумайте. Вам под семьдесять и вы одна. Хватит вам вашего огорода у дома. Подумайте. Пожалейте себя. Пора с этим делом закругляться. Ограничиться пора. Малым довольствоваться.
- Нет, зятёк. Земли много не бывает. Землю любить надо. Думаешь, я картошку себе купить не зможу, или там ещё чего из овощей? Слава Богу, и пенсии хватае, и сала. Только не могу я без земли. Не могу. Ты оклунки развязывай пока. Брось лопату. Дывись: яки поменьше – то синеглазка. Отложи в сторону, мы их в самом конце посадим. У того края. А эти, побольше…, с этих и начнём. Снимай завязки. Так вот, что я говорю: без земли никак нельзя. Она, земля эта, силы даёт и понимание. Пока живу и двигаюсь, без огорода никак. Я до земли пуповиной привъязана.
Я развязал нужные мешки. Их оказалось три. По три ведра в каждом мешке. Итого девять вёдер. Это – белая «голландка». Посадочная, мелкая, размером чуть больше куриного яйца. Одна в одну размером. С белыми, толстыми отростками – проростками. Хороший посадочный материал. Тёща знает своё дело. Каждая картофелина через её руки проходит. Ни одну не бросит, не швырнёт. Это я помню точно.
- Какое такое понимание? Какие такие силы? В ведро высыпать?
- Тихо, тихо, ты что! Руками, руками. Дай я сама. Ростки нельзя поломать. Полведра хватит. Давай ещё одно. По пивведра удобно, а то мне важко полные носить.
- Так какое понимание ваша картошка даёт?
- Понимание жизни. И картошка даёт, и труд на земли та у поли. Это и есть жизнь. Дело не в тому – куплена, чи не куплена. Когда своими руками выращена, своим потом полита, она по другому зовсим понимается. Это прочувствовать надо. Ты потим может зрозумиешь. Ты копай, Аветик, копай. От дывись - от сих и до сих. Накопаешь лунки, я картошку положу, ты другим рядком загортаешь. Понял? Трэба от души всё робыты. Усэ.
Каждый раз одно и то же. Сколько уже обсаживаемся, тёща поучает, как в первый раз. Я знаю и молчу. Это она не в обиду мне делает, по привычке больше. Сама с собой больше. Мысли вслух, так сказать. Манера такая у неё. Привычка.