- Хорошо. Возьмите прямо с корзинкой. Так будет удобней. Там, в ножках памперсы и всякая всячина, может пригодится. Думаю, Лора разберётся. И пожалуйста, аккуратней, – мне почему-то не хотелось отдавать своего ребёнка этой тётке.
- Разберёмся. Не забывайте, где вы находитесь. Это – роддом. Здесь все условия для малых деток. Не переживайте, – заверила меня медсестра. Она собралась уходить.
Я не выдержал. Какие здесь все скупые на добрые слова! На человеческую поддержку. Я достал из брюк денежную купюру. Засунул её в карман белого халата медсестры. Поймал на себе несколько удивлённый взгляд.
- Вы же будете будить мамку?- спросил я. Она кивнула. – Передайте ей, что мы с дочкой её очень любим и ждём. Хорошо? – Женщина вновь кивнула. Ладно хоть так, человек немного размяк. Стала слушать меня. Хоть какой-то контакт.
- И ещё, пожалуйста, поговорите с ней. Как она себя чувствует? Что ей надо? Поговорите, а потом мне перескажете. Пусть в двух словах. Очень вас прошу.
- Ладно. Поговорю, – она вздохнула. – Вы думаете, один такой, озабоченный? Каждый день – десятки, и всем что-то надо. И срочно. Всё. Ждите.
Она ушла. Унесла с собой корзинку с Ншан. Медсестра ушла, тревога моя осталась со мной. Я обошёл кирпичное здание больницы. Теневая сторона. Здесь, под окнами, ещё совсем недавно у нас с Лорой проходили свидания. Если наши перекрикивания можно было назвать свиданиями. И сейчас тут стояли люди. Посетители, в кавычках. Немного, правда. Кто-то с кем-то разговаривал со второго этажа. Близко как. Повезло!
Я стал прогуливаться в теневой стороне здания, чуть поодаль от окон. Один час. Надо было собраться с мыслями. Осмыслить происходящее. Может, что-то умное придёт в голову? Итак. Я размышлял: «Лору забрали в больницу с кровотечением. Ладно. Случается такое. Положим. Нехорошо, но ничего страшного. Бывает. Подлечат. Выпишут. Пусть на это уйдёт несколько дней. Пусть неделя. Ребёнок со мной. Так? Так. Нормально. А с кем же ей быть? Доченьке моей. Бабушек и дедушек под рукой нет. Тётушек и дядюшек тоже нет. В этом городе мы сами с собой. Рассчитывать на кого-то не стоит. И не надо. Друзья? У них у всех свои дети. Свои заботы и проблемы. Их не трогать, не нагружать. Что касается Ншан, я сам справлюсь. Завтра понедельник. Надо объехать строительные свои участки. Ну и объеду. С утра – на «семиэтажку». К двенадцати – сюда, на кормёжку. Затем – в поликлинику, к ребятам. Я справлюсь. Разберусь. То есть, эти несколько дней, пусть неделю, мы с дочкой справимся. Не вижу проблем. Справимся. Так, дальше. Может стоит отцу и матери дать телеграмму? Нет, не стоит. Мать мнительная. Сама, если и не прилетит, то отца точно погонит в Харьков. В помощь. Может, оно и неплохо, я с отцом очень даже лажу. Мы понимаем друг друга без слов, что называется. Но нет. Не буду пока их тревожить. Им обоим под семьдесять лет каждому. Возраст нешуточный. Зачем им хлопоты. Если вдруг что-то осложнится…, только тогда дам телеграмму. Попрошу о помощи. Тёща? Однозначно нет. Тёщу не тревожить. Тёща на огородах. А огороды – дело святое. Не трогать! Что ещё. С финансами проблем нет. Со своим здоровьем - тоже. Крыша над головой есть. Колёса есть. Руки, ноги на месте. Лоры нехватает. За жену надо было бы помолиться. Жаль, не умею. В такой ситуации в кого угодно поверишь. Лишь бы всё обошлось благополучно. Лишь бы всё завершилось. Так, значит. Взял себя в руки. Я справлюсь. Я сильный. Мы только жить начинаем. Семьёй. Всё.»
Я немного взбодрился. Воодушевился. Настроился. Почувствовал сильный голод. Силы надо поддерживать. Чахнуть нельзя ни в коем случае. «Накорми сначала себя, и лишь после ребёнка», - писала в одном письме мать. Я посмотрел на часы. Без четверти час. Скоро принесут Ншан. Нет, потерплю немного и нормально поем дома. В холодильнике огромный выбор. Приготовлю и поем. Час, полтора. Ерунда. Выдержу. Вернулся в приёмное отделение. Подождал ещё немного. А вот и наша Наша в корзинке. Спит. Та же старшая медсестра. Немного любезней.
- Ребёнок сыт. Накормлен маминой грудью. Маминым молочком. Завтра ждём вас в это же время, – сказала она ровным голосом.
- Это хорошо. Спасибо! Ну…, как Лора? Вы поговорили с ней? – я забрал корзинку. Бегло глянул на спящую дочь. Спит и спит. Всё в порядке. Медсестра немного замялась.