Искал я долго. Два года. Два сезона. Зимой не ездил. Только с апреля и до конца октября. Несколько раз я брал с собой Лору. Для просмотра. Повторного. Для её оценки. Были варианты, но, каждый раз, мне чего-то недоставало. Пришло время. И вот я нашёл. Нашёл то, что мне показалось подходящим по всем моим параметрам. И местность живописная. И домик крепенький на краю села. И дворик уютный. Озерцо рядом, в пятистах метрах. Хуторок на краю села, на восемь дворов. Старики, в основном. Единственные близкие соседи оказали армянами. Почти нашими ровесниками. Чуть старше. Земляки из пригорода Еревана. Он, она, и двое мальчиков. Школьников. Простые люди земли. Трудолюбивые и добросердечные. И как все армяне, как большинство – хлебосольные, гостеприимные. По цене домик оказался нам по карману. На тот момент. Практически - не в ущерб семейному бюджету. Единственный минус – далековато от Харькова. Сто километров.
Пока я вёз Лору для знакомства, дорога показалась ей очень длинной и утомительной. Она то и дело недовольно ворчала. Дорога, дорога. Жаловалась, что, мол, пока доедешь, уже ничего не захочешь. Никакого отдыха. Но мы доехали. Лора увидела местность. И ахнула! Набирал силу май месяц. Вокруг всё утопало в цвету. Деревья, травка молодая. Кусты сирени вдоль «нашего» забора цвели буйным, пахучим цветом. Лора была очарована. Сам домик её не сильно впечатлил. Она смотрела на всё в нём с практической сторон: что подделать, где прикрутить, переклеить, почистить. Она оценивала работу, которую ей предстояло сделать. Моими руками, естественно. И что ей предстоит в ближайшее время. А вот сельская весна её очаровала абсолютно. Воздух её потряс. За огромным огородом в пятьдесят две сотки, начинался хвойный лес. Да и в садочке, за домом, завязались абрикоски, цвели белым цветом яблони и гиганская груша-дичка. Расцветала белым облаком вишня и шпанка. Много молодых сливок. Кусты смородины и шиповника по периметру участка. Малинник вдоль оградки. Ковёр клубники в начале огорода среди травы. Наверное, в Лоре проснулись её сельские гены. Она порхала, как бабочка, от кустика к кустику. Строила планы. Что и как. Где и чего. Что мне сделать. Куда и что пересадить. Где и как подчистить. Одним словом – раскомандовалась. А я был страшно доволен. Понравилось. Лоре понравилось. Лора окунулась в цветущую весну. Лора озарилась природой. Естеством. Как она сразу похорошела!
Последний штрих в решимость и твёрдость моего намерения купить этот дом поставили соседи-земляки. Мягко так. Прибили к дому. Пригвоздили. Сами того не подозревая. Просто – своим отношением к нам. Они понравились Лоре. Такие они сами по себе. Порядочные люди. Сомнения жены были разрушены окончательно. Они присмотрят. Они помогут в чём надо. Они посоветуют. Они не будут мешать нашему отдыху. У них у самих дел по горло. А мы что? Мы тоже не лыком шиты. Привезём, что им надо, из Харькова. Отвезём, куда надо, по пути и не только. Поможем, чем сможем. Одним словом, мы расстались добрыми соседями.
Мы оформили сделку купли-продажи в сельском совете. Через месяц. Надо было собрать необходимые документы. Сделать план БТИ. И вот состоялось. Председатель поставил свою подпись на бумаге. Секретарь шлёпнула печатью сельского совета. Лора стала маленькой хозяйкой большого домовладения.
И вот тогда, первым же летом, там, в деревне, я услышал от Лоры это выражение – небо в алмазах. Небо в алмазах! Это потом оно стало на слуху. В текстах песен. В репликах героев кинофильмов. Просто – в разговоре с кем-то. Где-то. Кто-то. Что-то. Но тогда…
Мы сидели вдвоём у костра. По-моему, был конец августа. Да, Лоре в понедельник нужно было выходить на работу. В школу. Шла подготовка к учебному процессу. Как всегда, с начала августа. В тот первый год мы выглядели большими собственниками. Друг для друга. Эгоистами. Нам настолько хорошо было вдвоём проводить отдых на нашей новой старой даче, что мы никого не приглашали к себе. За всё лето ни разу. Никого! Только сами с собой. Кошмар! Нет, полный кайф!