Лора любила читать. То, что ей полагалось знать по профессии, это само собой. Мировых классиков она перечитала всех. Некоторых по два, три раза. В свободное время, которого у неё было немного, Лора забавлялась дамскими романами. Времени появлялось достаточно только летом. На долгих школьных каникулах. Лора читала дома. На нашем диване. Устроившись в своём «гнёздышке», как я его называл. Обложившись подушками. Она читала в те редкие дни, когда мы отдыхали на даче. В саду. Устроившись в шезлонге где-нибудь в тенёчке. Если было жарко, и мы отдыхали без гостей, я, как правило, заходил в дом на дневной отдых. На «сиесту». Мы так шутили. Я с удовольствием отсыпался днём, в прохладе помещения с деревянными стенами. Лора же уходила в садок. Усаживалась в тени под кронами яблонь. И на два, три часа окуналась в романтический мир иллюзий. Я подшучивал над ней. Над её сентиментальными романами. Слезливыми и сопливыми. Беззлобно, конечно. Подтрунивал. На что Лора отвечала мне, что я балбес и ничего не понимаю. Она таким образом расслабляется. Отключает перенасыщенный мозг. Переключается на простые человеческие эмоции. И что я бездушный истукан и ничего не понимаю в сердечных романах. Конечно, не понимаю! Лора была абсолютно права. Я мало читал. Разве что зимой, зимними вечерами. За час до сна. Я позволял себе напрячь мозги, листая Костомарова или Льва Гумилёва. Станислава Грофа. Это же мыслители!
Любила Лора читать в парке. У нас, на Новых Домах. На бульваре Юрьева. Иногда, по воскресным дням, мы выходили прогуляться. Ближе к вечеру. Подышать воздухом. Пройтись. Мы совершали пару проходов туда и обратно. Кого-то встречали из знакомых. Здоровались. С кем-то заговаривали. Ненадолго. Шли дальше. Выбирали себе лавочку. Лора доставала из сумочки книгу. Я просто сидел. Смотрел на прохожих. Наблюдал за детьми. За их игрой. Баловством. Мешал Лоре читать постоянными вопросами. Отвлекал её. Нет, не потому, что мне было скучно. Нет. Мне просто хотелось её внимания. Вот и сейчас. Мы с Ншан сидели на скамейке. Ну ладно, Ншан лежала. Я бы сам прилёг, будь маленьким. И нам явно не хватало нашей мамы. Нашей Лоры. Пусть даже с женским романом в руках.
Как-то в деревне, на даче, мы отдыхали в обществе наших друзей. Несколько лет назад. Днём ребята ушли на пруд. Мы с Лорой решили остаться дома. Я уговорил жену пойти отдохнуть с книжкой. Сам занялся лёгкой уборкой за гостями. В течение получаса я навёл какой-никакой порядок в доме и вышел в сад составить жене компанию. Мне всё время её нехватало. То гости, то соседи, то работа, то ещё что-то.
Лора читала Гюнтекина - «Королёк – птичка певчая». Перечитывала. Это одна из её любимых историй, как и «Гордость и предубеждение» Джейн Остин. Я прилёг рядом на траву. Голову положил на её ступни. Удобно. Я закрыл глаза. Хорошо как! Я чувствовал Лору. Вот она - рядом. Тепло её тела. Запах её тела. Для меня какой-то особый. Значимый. Я задремал. Вдруг Лора спросила:
- Мужа! Скажи, в чём смысл нашей жизни?
Вот тебе раз? Я рад был услышать её голос. Я рад был поговорить, но не хотел отвлекать от книги. Просто хотел быть рядом. Но такой вопрос от неё. С чего это? Я открыл глаза. Посмотрел снизу на жену. Нет, лица её не видать. Только голые коленки. Лора была в шортах. Я подумал секунду. Не сообразил. Спросил, в свою очередь.
- Ты это о чём, солнышко? В каком смысле, и о каком смысле? – я действительно не понял, о чём это она.
- Мужа, тебе скоро сорок лет. Мне ненамного меньше. Что дальше? – Лора закрыла книгу. Подалась вперёд и посмотрела мне в глаза. Сверху вниз. Внимательно так посмотрела. Мне стало немного не по себе от такого взгляда.
- Ооо! Дела, смотрю, серьёзные. Лора, что случилось? Чего это вдруг тебя стали мучать извечные вопросы бытия? – я погладил Лору по ноге, – мамка, ты чего, а?
- Не смейся, мужа. Ответь. Просто ответь на мой вопрос. Что дальше? – Лора выглядела серьёзной.
- Ладно. Отвечу, – я приподнялся. Сел напротив Лоры. Обхватил ладонями её колени. Погладил. – Итак. В чём смысл нашей жизни, говоришь? Что дальше, спрашиваешь? Не знаю, что тебе навеяло такие вопросы задавать. Какая такая депресия вдруг показалась на нашем светлом горизонте. Или какая такая муха укусила тебя за чтением. Не знаю. Отвечаю. Во-первых, жена: ты любима. Любима мною, любима друзьями и подругами, любима родителями и сослуживцами. Любима детьми, которым ты преподаёшь. Это во-первых. И этого уже достаточно для хорошего настроения и нормального самочувствия. Согласись. Во-вторых: в плане нормальной жизни у нас с тобой всё налажено. Все наши самые жизненно важные потребности удовлетворены. У нас есть жильё. У нас есть достаток. У нас есть будущее. Сорок лет – это не семьдесят. Единственное, чего нам с тобой недостаёт, и ты это прекрасно знаешь - это дети. Нам нехватает ребёнка. Наверное, отсюда какая-то хандра нападает. Иногда. У меня тоже такое бывает, – я поцеловал коленку Лоры. Правую. Затем левую. Жена сидела, призадумавшись. Не двигалась. Слушала. Я по-прежнему держал её колени в своих ладонях. Продолжил рассуждать.