–Так, больше подходит, – сообщила и со всей силой наступила на ногу хама своим каблуком.
И под неприличные ругательства Николая, я покинула общество этого гремлина. Ещё что-то про мою внешность посмел сказать, урод. Себя то в зеркало видел? Или такие упыри там не отражаются?
Эх, а я уже надеялась, что нашла своё счастье. Главное, что в переписке весь такой вежливый и романтичный был, а пришёл сюда какой-то обнаглевший маменькин сынок.
Ещё и так нагло позвал меня к себе домой. Я женщина приличная и ищу себе будущего мужа, а не подобные интрижки со всякими уродами. Нет, всё-таки нужно было этому гремлину в морду дать за такое.
Чтобы немного успокоиться, купила в палатке беляш и села на лавочку. Вокруг носились ребятишки, упрашивающие своих родителей покататься на каруселях. И ещё по парку прогуливались раздражающие парочки, держащиеся за руки.
Бесят. Тут некоторые одиноки, а они всем свою любовь демонстрируют. У меня тоже была любовь, как я думала. А в итоге меня променяли на молоденькую вертихвостку.
Мой телефон залился трелью, сообщая о входящем вызове. И кому я там понадобилась?
–Блин, – выругалась, с раздражением пытаясь вытереть свои руки салфеткой.
«Анька» – высветилось на дисплее моего смартфона.
–Чего тебе?, – вопросила без приветствия, – у меня же выходной.
–И тебе привет, – усмехнулась моя подруга и совладелица пекарни, – ты в курсе, что твой Лёшка своей вобле предложение сделал?
–Чего?, – от подобной новости из моей руки выпал недоеденный беляш.
–Короче, я сейчас видела Верку, которая в торговом центре работает, – начала тараторить Анька, – так вот, она мне рассказала, что твой туда со своей фифой заявился, прямиком в ювелирный салон. И эта вобла там три часа себе кольцо выбирала и в итоге ушла со здоровенном брюликом на своём безымянном пальце…
Дальше я уже не слушала трёп подруги, в голове только крутилась мысль о том, что мой Лёшка собрался жениться...а я так и осталась одна.
И пока я размышляла об этом, то в толпе посетителей парка заметила очень знакомую мордашку...сваха.
Глава 2.
Ольга Александровна
Ничего себе, кто-то времени зря не терял. Потому что у Василисы, чтоб она провалилась, Амур был уже такой приличный беременный живот. А рядом со свахой как-то чересчур гиперактивно прыгала девчонка со светлыми волосами, примерно такого же возраста, как моя Виолка.
И судя по какой-то болезненной худобе и блёклому, почти прозрачному, лицу девчушки стало ясно, что она родственница иностранного задохлика.
Дочка? Хотя, вряд ли. Иностранец, хоть и выглядит крайне болезненно, но больше двадцати пяти лет ему не дашь. Поэтому со свахой, скорее всего, сестра задохлика, который изначально должен был быть моим.
И тогда бы мой Лёшка увидел, что я тоже востребованная женщина. Да, может иностранец и далеко не красавец, но зато при деньгах. Верка, работающая в торговом центре, рассказывала, что он чуть ли не весь ювелирный магазин для этой Василисы скупил.
Вот же, ни рожи, ни кожи, а такого богача себе отхватила. И по-быстренькому от него забеременела, чтобы удержать около себя. Хотя, мужиков детьми не удержишь, уж я то знаю.
Пока я обо всём этом размышляла, сваха с бледненькой девчонкой дотопали до колеса обозрения. И девочка, чуть ли, не кувырком запрыгнула в кабинку, а Василиса помахала ей рукой и осталась на земле.
Ну, правильно. Куда с таким беременным пузом на карусель лезть?
И пока я наблюдала, как сваха, поглаживая свой живот, шла к одной из лавочек, то послышались взволнованные крики со всех сторон.
–Смотрите, она сейчас расшибётся!, – прокричала какая-то баба неподалёку от меня.
И проследив за взглядом посетительницы парка, я тоже посмотрела на самую вершину колеса обозрения, где родственница задохлика вылезла из кабинки и повисла вниз головой как акробатка.
Кажется, у девочки не только вид болезненный, у неё ещё и с головой какие-то проблемы, раз такое учудила. И как её можно было отправить одну на карусель?
–В тюрьму таких родителей нужно сажать, которые за детьми не следят, – возмущённо пробухтела женщина, усаживаясь рядом со мной на лавочке.
–И не говорите, – согласилась, наблюдая за тем, как колесо обозрения останавливается, а работники парка начинают метаться вокруг карусели и вызывать спасателей.
А сваха...а сваха вжалась в лавочку и затравленно смотрела наверх, где вверх тормашками висела бледненькая девчонка.