И когда вслед за ними я начала спускаться вниз, то сбоку прозвучал противный старческий голос:
–Подайте на пропитание.
–Завянь, старая, – посоветовала попрошайке, высматривая в толпе людей иностранца со свахой.
–Смотрите, задницу какую себе отъела, – заявила старуха, – а бабушке помочь деньгами ей жалко. Харя-то, наверное, скоро треснет.
И если бы я сейчас не спешила за свахой и задохликом, то очень подробно рассказала обнаглевшей бабке, в какое дальнее путешествие ей сходить.
–На себя посмотри, старая ведьма, – произнесла, протискиваясь через толпу, чтобы не упустить из виду высокую макушку задохлика.
Но чем ближе становилась лестница, ведущая на противоположную сторону дороги, то людей вокруг становилось всё меньше. А в какой-то момент на лестнице не осталось никого, кроме свахи с её иностранцем.
А потом они раз...и исчезли.
Что за ерунда?
Я же попыталась побежать за ними вперёд, но пространство вокруг стало каким-то вязким, от чего двигаться стало почти невозможно.
Следом мою голову пронзила невыносимая боль, после которой я потеряла сознание.
Глава 3.
Леди Иллиада Жэргонни
–Нет!, – раздражённо протянула.
–Это тоже не подходит!
–А это, вообще, уродство!, – поморщилась, смотря на это безобразие, – сожгите это немедленно!, – скомандовала.
–Как прикажите, леди Иллиада, – учтиво произнесла одна из служанок и послушно бросила уродское платье в горящий камин.
Провались оно всё пропадом. Ни одного приличного наряда не доставили мне из столицы. И в чём мне теперь прикажете ходить? Голышом? Потому что никакая, уважающая себя, леди не наденет подобную безвкусицу.
А всё из-за этой Василисы. Сначала она у меня моего императора отобрала, а после и портниху. Переманила к себе Луизию...Или эту человечку как-то по-другому звали? В общем, неважно. Имена прислуги я запоминать не обязана.
–Всё не то, – озвучила очевидное, устало массируя свои виски, – сожгите всё.
–Но, леди Иллиада, – пискнула одна из служанок, – это же наряды от лучших портных империи. Самые роскошные и самые дорогие, как вы и просили.
–Значит, недостаточно роскошные и недостаточно дорогие, – пояснила этой невежде банальное.
Боги, как эти простолюдины только живут без врождённого вкуса и чувства стиля? Ходят в своих уродских передничках и чепчиках. Я бы подобное даже под угрозой смерти на себя никогда не надела.
–Я же просила платья пурпурного цвета, – напомнила.
–Но, леди Иллиада, пурпурный – императорский цвет, а вы не императрица.
Что? Да, как у этой прислуги повернулся язык подобное сказать? Тем более цвет не может кому-то принадлежать. О чём я и поспешила сообщить, вспоминая фразу Василисы из её мира:
–Цвет никем не запатисован, – произнесла, хватая рукой подсвечник и кидая его в нахалку, которая посмела оскорбить меня подобным образом.
К сожалению, эта наглая особа успела увернуться. Как?...Как она посмела подобное произнести в замке моего отца? Ведь, это очень болезненная для меня тема. Я же почти стала императрицей год назад, но влезла эта Василиса, которая клялась мне, что её император совсем не интересует.
Ещё и пса мне своего отказалась отдавать в знак извинений. А я за время в императорском дворце привязалась к этому пушистому зверьку, между прочим. И даже почти простила ему то, что он описал моё платье.
–Ты уволена, – сообщила наглой служанке, а после поинтересовалась у остальных работниц замка:
–О чём запрещено говорить в стенах замка моего отца?
–О том, что вы не стали императрицей, леди Иллиада, – пролепетала ещё одна из служанок.
–Правильно, – похвалила девушку, а после рявкнула:
–И ты тоже уволена, потому что озвучила запрещённую тему.
–Но…, – попыталась возразить эта невоспитанная хамка, но я её перебила коротким:
–Пошли все вон, пока мой папочка вас не спалил дотла.
Нерадивые служанки послушно выбежали из моих покоев, а я придерживая юбки своего платья, подошла к роскошной постели, села на край и тяжко вздохнула.
Как же тяжело жить, когда тебя окружают одни идиоты. Почему все не могут быть такими же идеальными, как я? Неужели, так сложно просто родиться красивой, богатой и умной?
–Мяу, – прозвучало мяуканье Иллиады номер два, которая только проснулась и сладко потягивалась среди мягких подушечек.
Да, раз Василиса не отдала мне своего пса, то я решила себе завести собственного питомца. И Дэвид подарил мне кошечку с белоснежной шерстью и ярко-голубыми глазками. Прямо кошачья копия меня.
–Да, нам ,Иллиадам, трудно жить в этом неидеальном мире, – грустно вздохнула, начиная поглаживать свою кошачью версию по мордочке, которую она подставила мне под руку.