Я резко обернулась, расслышав знакомый голос. Рядом с нами стоял и улыбался никто иной, как Гаврилов собственной персоной. О том, что могу встретить его на выставке, я как-то не подумала.
- Этот вид искусства еще называют бесформенной живописью, - продолжал он просвещать нас с Мишкой. Лицо же моего друга, как успела подметить, каменело на глазах. А вот Гаврилов смотрел исключительно на меня. – Художник словно входит внутрь своего полотна, когда разбрызгивает краски. Подобная техника называется дриппингом. Первый применил ее, как и изобрел Джексон Полок…
- Очень интересно. Спасибо за ликбез, - сдержанно отозвалась я.
- Здравствуйте, Ангелина! Рад видеть вас на этой выставке, - лучезарно улыбнулся Гаврилов.
И он по-прежнему не смотрел на моего друга, тогда как тот уже сжал кулаки. Пришлось на него злобно зыркнуть, чтобы поумерил пыл. Только драки мне тут и не хватает.
- Здравствуйте, Андрей Игоревич, - не рискнула я признаться во взаимной радости, каковой не испытывала.
- Интересуетесь современной живописью?
- Не то чтобы… - туманно отозвалась я. – Скорее, коротаем вечер.
- Рад, что вы делаете это на выставке моего протеже.
Вот как? Он еще и продвижением талантливой молодежи занимается? Ну что ж, наверное, это плюс в его репутацию, хоть и нравиться мне он от этого больше не стал. Было в Гаврилове что-то хитрое, словно способен он был на крупную подлость. Я и думать про него забыла, если честно, но вот увидев его, снова вспомнила свои те ощущения.
- И мы тоже рады, - вклинился в разговор Миша, беря меня за руку. – Это… полотно мы уже всё рассмотрели до малейших брызг, как вы выразились. Пора переходить к другому, - властно потащил он меня в сторону.
- Наслаждайтесь вечером, - ни грамма не стушевался Гаврилов. – Если я вам понадоблюсь, Ангелина, вы знаете, как со мной связаться.
- Да, конечно, - кивнула я, в глубине души радуясь настойчивости Миши.
- Что значит, ты знаешь, как с ним связаться? – пристально взглянул на меня друг.
- Только то, что у меня есть его визитка, - пожала я плечами.
- Выброси эту гадость! Такие знакомые тебе точно не нужны…
- Тебе он тоже показался опасным и хитрым? – поинтересовалась я.
- Мне он кажется зажратым мудаком и больше никем! – отрезал Мишка.
Глава 11
На улице зарядил дождь. Холодный и с ветром. Вот только еще было лето, и люди изнывали от жары. А сейчас я бежала от остановки до дома, чувствуя как все сильнее намокаю и трясясь от холода. И это второго октября, времени бабьего лета. Наверное, в этом году оно решило не наступать.
Намокло ли мое лицо под дождем или стало таким от слез, я и сама не понимала. Но я была близка к отчаянию. И как же я надеялась, что эта неделя начнется хорошо для меня. Ведь сегодня меня пригласили на собеседование сразу в три школы. И везде я получила отворот-поворот.
Забежав в подъезд, я отчетливо поняла одно – у меня больше нет сил долбиться в эту бетонную стену. Я больше не могу искать вакансии по специальности, ходить на собеседования, чтобы везде слышать примерно одно и то же. Сил не осталось ни на что, в буквальном смысле у меня опустились руки.
Поднимаясь на свой этаж, я думала, что хуже уже быть не может. Но когда вошла в квартиру и увидела царящий там погром, то тут же едва не умерла от отчаяния.
Тёмка вынес последнее, что смог, - стиральную машину. Остался только холодильник, но и тот, надо думать, ждет подобная участь.
Брат держался довольно долго, но я видела, как близок он к срыву. Каждый день я уговаривала его лечь на лечение, но ответ получала всегда один – он просто-напросто посылал меня куда подальше, обещая, что сам в силах справиться с собой. Не смог…
- Миш, я больше не могу, - проговорила я в трубку и зарыдала в голос.
Больше я ничего сказать не смогла – рыдания буквально душили меня. Я оплакивала себя-несчастную. С ужасом готовилась к тому, каким сегодня увижу брата, да и увижу ли вообще. Боялась даже думать, выживет ли он, если пропадет на несколько дней… Мне было так паршиво, что хоть в петлю лезь. Кажется, жизнь моя зашла в тупик, из которого не было выхода.
Я даже не знаю, сколько времени просидела, рыдая, в коридоре на полу. Очнулась только, поняв, что Мишки уже нет на проводе. И почти сразу после этого он вбежал в мою квартиру.
- Гелька, что с тобой?! – плюхнулся он рядом на колени и принялся трясти меня за плечи. – Посмотри на меня… Он тебя ударил?..
- Что?.. Кто?.. – я все еще была слепа от слез, которые никак не хотели заканчиваться. И смысл слов друга пока еще доходил до меня с трудом.