— Очень хорошо, — сказал Фадж. — Обвиняемый явился — наконец-то. Можно начинать. Вы готовы? — крикнул он кому-то из сидящих.
— Да, сэр, — откликнулся услужливым голосом рыжий, сидящий на самом краю переднего ряда.
— Дисциплинарное слушание от двенадцатого августа объявляю открытым, — звучно провозгласил Фадж, и рыжеволосый тотчас начал вести протокол. — Разбирается дело о нарушении Указа о разумном ограничении волшебства несовершеннолетними и Международного статута о секретности Гарри Джеймсом Поттером, проживающего по адресу: графство Суррей, город Литтл-Уингинг, Тисовая улица, дом номер четыре. Допрос ведут: Корнелиус Освальд Фадж, министр магии; Амелия Сьюзен Боунс, глава Отдела обеспечения магического правопорядка; Долорес Джейн Амбридж, первый заместитель министра. Секретарь суда — Перси Игнациус Уизли…
— Свидетель защиты — Альбус Персиваль Вулфрик Брайан Дамблдор, — произнес негромкий голос.
Дамблдор неспешно шел через зал, в своей длинной темно-синей мантии.
— А… Дамблдор, — произнес Министр. — Да. Значит, вы… э… получили наше… э… сообщение о том, что время и… э… место слушания изменены?
— Мы с вашим посланием, должно быть, разминулись, — дружелюбно сказал Дамблдор. — Но по счастливой случайности я прибыл в Министерство на три часа раньше, так что все в порядке.
— Да… хорошо… нам, видимо, нужно еще одно кресло… Уизли, будьте добры…
— Не беспокойтесь, не беспокойтесь, — приятным тоном сказал Дамблдор. Вынув волшебную палочку, он легонько ею взмахнул и создал мягкое кресло.
— Да, — сказал Фадж, шурша пергаментами. — Хорошо. Итак…
— Свидетель защиты — Александер Гордон старший, — произнес низким басом папа. А затем встал с первого ряда и направился к Дамблдору и Гарри.
— Гордон… э… я предполагал, что вы сегодня на службе… — растерялся еще больше Министр.
— Именно так, сэр, — произнес громко отец, и взмахом волшебной палочки создал высокое деревянное кресло с гербом Авалона на спинке. — Но привилегии, знаете это такая странная вещь, бывает, столетиями ими не пользуешься, а вот раз и на тебе!
Я чуть не произнес — Круто! Но точный удар локтем между ребер от сестренки не дал моим эмоциям обрести звуковую демаскирующую составляющую. В рядах волшебников наблюдалось заметное оживление и могу поклясться, что Дамблдор слегка подмигнул папе. Пока я восстанавливал нарушенное дыхание, Фадж, уже возился с пергаментами, но, наконец, извлек из лежащей перед ним стопки нужный лист, набрал побольше воздуха и стал читать:
— «Подсудимому вменяется в вину нижеследующее: то, что он сознательно, намеренно и с полным пониманием незаконности своих действий, получив ранее по сходному поводу письменное предупреждение от Министерства Магии, второго августа нынешнего года в девять часов двадцать три минуты вечера произнес заклинание Патронуса в населенном маглами районе и в присутствии магла, что нарушает статью «С» Указа о разумном ограничении волшебства несовершеннолетних от тысяча восемьсот семьдесят пятого года и раздел тринадцатый Статута о секретности, принятого Международной конфедерацией магов».
— Вы — Гарри Джеймс Поттер, проживающий по адресу: графство Суррей, город Литтл-Уингинг, Тисовая улица, дом номер четыре? — спросил Фадж, глядя на Гарри поверх пергамента.
— Да, — сказал Гарри.
— Вы получили три года назад предупреждение от Министерства по поводу незаконного применения волшебства?
— Да, но…
— И тем не менее вечером второго августа вы заклинанием вызвали Патронуса? — спросил Фадж.
— Да, — сказал Гарри, — но…
— Понимая, что вам воспрещено применять волшебство вне школы, пока вам не исполнилось семнадцать лет?
— Да, но…
— Понимая, что вы находитесь в районе, изобилующем маглами?
— Да, но…
— Вполне понимая, что в данный момент в непосредственной близости от вас находится магл?
— Да, — сказал Гарри, — но я сделал это только потому, что на нас…
— Вы смогли вызвать полноценного Патронуса? — внезапно произнесла волшебница с моноклем громким низким голосом.
— Да, — ответил Гарри, — потому что…
— Впечатляюще, — сказала, глядя на него, теперь и мадам Боунс. — Настоящий Патронус в его возрасте… Чрезвычайно впечатляюще.
— Дело не в том, насколько впечатляющем было это волшебство, — брюзгливо проговорил Фадж. — И если разобраться, то чем более впечатляющем оно было, тем хуже — ведь школьник сделал это на глазах у магла!