— Никто кроме Невилла, меня, тебя и Анны не знает об этом. Гарри знает о родителях Невилла, но… не знает об ошибке дяди…
— Какая ошибка, Ал! Это война…
— Объяснишь это Невиллу. Ох, прости, что-то я не то говорю.
Пауза. Мы смотрим друг другу в глаза. У Гермионы наворачиваются слезы. Рон, ревниво наблюдающий за нами из-за стекла двери, замечает слезы у подруги. Резко вскакивает, распахивает дверь и встает между нами.
— Он обидел тебя? Да? — решительно, с металлом в голосе, спросил он Гермиону.
— Нет, Рон. Это совсем не то, о чем ты… — пытается успокоить заботливого «друга» Грейнджер.
— Ты плакала, я же вижу! — упрямо продолжает Уизли.
— Это слезы… радости, Рон. Скоро ты все узнаешь. Все узнают...
— Что все узнают? — настаивает Рональд.
— Терпение — добродетель, Рон, — тихо завершает дискуссию Гермиона.
Рон медленно поворачивается ко мне и вопросительно смотрит, пытаясь сформулировать…
— Рон, я не посягаю на подруг своих друзей. У нас с Гермионой был деловой разговор.
— Я не его подруга, вернее… подруга, конечно, но не… — отвечает Грейнджер.
— А мне показалось, что Рон уже давно… обозначил, так сказать, свою территорию, — осторожно формулирую я свою мысль.
— Я не территория! — сразу же огрызается Гермиона.
— Это так в моем «личном деле» у Дамблдора обо мне написано? О нас обоих так написано? — спрашивает Рональд.
— Хорошо, хорошо… ничего там про вас двоих не написано, это мое личное мнение, — соглашаюсь я. — Зайдем, наверное, в купе.
Гермиона первая берется за ручку, распахивает дверь и входит внутрь. Рон и я заходим следом. Все глаза устремлены на нас. Анна даже выпустила руку Гарри.
— Когда дуэль? — буднично спрашивает Джинни.
— Опять облом, Ал? — весело добавляет Анна. — Может, все-таки займешься хорошенькой пепельной блондинкой из Когтеврана?
— Займусь, непременно. А у тебя я вижу все на мази, сестренка… — улыбаюсь я.
— Я разговариваю с братом, маньяк! — «искренне» громко возмущается Энни. — Ведь так, Гарри? Да?
Как ведь талантливо играет свою роль, зараза! А Гарри собрал всю свою волю в кулак, сначала икнул что-то невнятное, а затем, под хохот всех присутствующих, выдал:
— Да… сестра… да.
Насмеявшись, а время уже было обеденное, и животы у восьмерых пассажиров в купе периодически громко урчали, я предложил организовать праздничный обед.
— Предлагаю организовать торжественный обед!
— А что за праздник такой? — ухмыльнулась Джинни.
— Знакомство Гарри с сестрой! — громко провозглашаю я.
Гермиона ухмыльнулась и покачала головой. Даже Полумну голод заставил отложить журнал и присоединиться к страждущим.
— Ну что, Энни? — обратился я к сестре. — По старой схеме?
— Действуй, брат!
— Сержант Пеппер! Минни! — громко ору я и хлопаю в ладоши.
Бабах! С оглушительным хлопком в проходе купе материализовались два наших штатных эльфа. Вопли девчонок и мальчишек слились в один единый эффектный резонирующий звуковой удар. Подхватив ноги руками, натянув вниз юбки, барышни, кто с тапками, а кто с туфлями влетели на свои сиденья. Парни выхватили свои волшебные палочки. Невилл спрятался за своим горшком со странным растением, которое каким-то чудом не детонировало снова.
— Вы что, эльфов никогда не видели? — удивилась Анна.
— Видеть-то, мы их видели, но чтобы вот так и таких… — ответил ей Гарри.
Да, действительно. Эльфы были явно очень необычными. Пеппер в его маскировочном камуфляжном костюме с широким ремнем, в берцах и зеленом берете. И Минни, в кроссовках, бейсболке и прикольном малиновом детском комбинизончике, с картинкой на груди, изображавшей Микки Мауса и его подружку. Эльфы поклонились всей честной компании, смутившись, что так их всех напугали.
— Сержант Пеппер!
— Я, сэр!
— Доложить обстановку в соседних купе и вагонах!
— Есть сэр! Разрешите начинать?
— Начинайте!
— В соседнем купе по ходу поезда находятся: Дин Томас, Симус Финниган, Риччи Кут, Джек Слоупер, Эндрю Керк, Кормакк Маклагген. Все — Гриффиндор. Тема бесед — почему погиб Седрик Диггори. В купе в сторону хвоста поезда находятся: Лаванда Браун, Парвати Патил…
— Достаточно, сержант. Вольно!
Сержант Пеппер сразу же замолчал, приняв соответствующую строевую стойку, согласно требований Британского строевого устава. Я победно оглядываю постепенно приходящих в себя соседей. Народ начинает улыбаться и даже немного посмеиваться. Но вот лицо Гермионы ничего хорошего не обещает.