— Анна Мария… Поттер.
Все. Все замерло. Голоса. Нарастающий шум. Как он сказал? Что он сказал? Вы слышали? Не может быть! Охи, ахи и вздохи. Я наклоняю голову и смотрю в стол. И вместе со своими соседями чуть не сваливаюсь со скамейки. Гарри резко встал на ноги, чуть не опрокинув своих друзей. Удержавшись на скамье, я поднимаю глаза и вижу, как своей легкой походкой Анна подошла к табурету, надела шляпу на голову и раскованно, свободно уселась, расправив полы мантии и хитро улыбаясь залу.
— Алекс… ты труп! — нервно произносит Гарри.
— Я тоже тебя люблю, брат мой! — тихо отвечаю я.
Близкие наши соседи, было, засмеялись, но на них сразу зашикали остальные. Анна изящно поправила сползшую на лоб шляпу, и тут я увидел, как выше тульи образовался как бы широкий рот.
— Ага! А вот и Салем пожаловал! Ну как же, как же. Так… что тут у нас? Неплохо, неплохо. Что? В Гриффиндор? Да, в тебе душа настоящей гриффиндорки. И это было бы вполне возможно, но боюсь, что два так сказать, родственничка, брат и кузен, герой и воин, просто не дадут вам, мисс, спокойно учиться. И, кстати, насчет вас директор мне никаких просьб и пожеланий не передавал. И не упрашивай! Я знаю, что с тобой делать. Итак… КОГТЕВРАН!
Взрыв аплодисментов и оваций. Когтевранцы и присоединившиеся к ним гриффиндорцы, дружно вскочили с места, приветствуя нашу сестру. Чжоу и Луна машут ей руками, мальчишки — когтевранцы, Майкл, Энтони и Терри помогают им освободить место для Энни, дружно двигая весь факультет по длинным черным полированным скамейкам.
Но Анна делает небольшую паузу, останавливается. Затем она кивает своему факультету, тихо говорит — Сейчас, одну минуту, я… сейчас… да…
Ребята рассаживаются. Больше Энни ни на кого не смотрит. Она медленно красиво идет по широкому проходу между когтевранским и гриффиндорским столами к Гарри, у которого явно ноги приросли к полу. Он бы и хотел сделать шаг, побежать навстречу обретенной родной сестре, но не может. Никак не может. Его руки дрожат, кадык нервно дергается, он тяжело и шумно дышит. Они уже в двух шагах друг от друга. Они больше никого не видят и не слышат в этом мире. Глаза в глаза. Яркие горящие зеленые глаза…
— Ну, здравствуй, брат…
Они обнимаются на виду всего зала. Гарри обнимает свою сестру со всей энергией, со всей нежностью, со всей любовью, со всей страстью, со всей силой…
Анна не сахарная. От крепких объятий она не растает. Удивительно, но я совсем не испытываю чувства ревности, смотря на них. Минут пять они просто стоят, не шелохнувшись. И тут Дамблдор сделал несколько громких хлопков в ладони, а за ним, поддавшись красоте момента, удивительной встречи брата и сестры — близнецов, ну да, конечно же, двойняшек, аплодисментами просто взрывается весь Большой зал.
Анна делает один шаг назад, снова заглядывая брату в глаза. Ее красивая нежная милая легкая улыбка. Небольшой наклон головы с шикарными длинными распущенными темными волнистыми волосами. У Гарри медленно восстанавливается дыхание. Кажется, он начинает немного соображать.
— Гарри… после банкета. Мы поговорим… обо всем, — шепчет ему Энни. — Пожалуйста, прости нас. И не вздумай драться с Алексом! Это была моя идея… Скоро… обо всем…
Она медленно отступает от него. Улыбается. Машет нам всем рукой и быстро, послав воздушный поцелуй, возвращается к столу своего факультета и садится между Чжоу и Луной.
Гарри обрушивается на свое место, между мной и Роном. Брат тяжело дышит и вздрагивает только от вспышек тарелок, кубков и другой золотой посуды с праздничным ужином, внезапно появившейся на столе. У Рональда также весьма ополоумевший вид. Не лучше, чем у Поттера. Я чувствую небольшой тычок между ребер слева и поворачиваюсь к Джинни. У рыжей весьма красноречивое выражение лица, но про пари она, наверное, уже забыла. Джиневра смотрит на меня не верящими глазами, она просто хочет получить подтверждение от меня, что все это не шутка и не розыгрыш. У Гермионы, сидящей напротив нас, победное, даже весьма самодовольное, характерное «гермионистое» выражение лица.
Банкет проходит как во сне. Наконец, наелись и напились. Речь Долорес Амбридж привлекла внимание только Гермионы. В самом конце на трибуну снова поднялся Дамблдор, дождался абсолютной тишины в зале, а затем закончил прерванное министерским шпионом выступление:
— Я должен был бы пожелать вам всем спокойной ночи. Но, к сожалению, скоро может оказаться так, что нам всем будет не до сна. Ряд смертей и исчезновений в прошлом учебном году, нападений этого лета, до сих пор не нашли своего логического объяснения. Я думаю, вы все внимательно выслушали речь Распределяющей шляпы. Внешний бешеный враг… И я, как директор Хогвартса, принял решение возродить древнюю традицию, из тех самых времен, когда замку угрожала опасность или существовала теоретическая возможность такой угрозы. В соответствии с Уставом и Положением нашей школы я назначаю Александера Гордона младшего, студента пятого курса факультета Гриффиндор, и Анну Марию Поттер, студентку пятого курса факультета Когтевран — военными префектами Хогвартса. Со всеми их должностными обязанностями и положенными привилегиями. Прошу любить и жаловать. Военные префекты будут отвечать за боевую подготовку студентов трех последних — старших курсов и подготовку замка к обороне. Самая главная их задача на начальном этапе — это организация дуэльного клуба школы и дуэльных клубов на всех четырех факультетах для студентов уже всех курсов, кроме, конечно, первого.