Следующий урок был спаренный, с дружественным нам Когтевраном. Заклинания. Расселись быстро. Гарри ожидаемо резво проскочил вперед и занял место за партой рядом с Анной. Рон с Гермионой уселись за их спинами. Я сел за парту с пригласившим меня Майклом Корнером. Терри Бут и Энтони Голдстейн сели за нашими спинами. Профессор Флитвик поприветствовал Гриффиндорцев и Когтевранцев, еще раз представил Анну и меня обеим классам, а затем начал объяснять основы темы, посвященной внутренней концентрации мага для применения заклинаний, ставящих щит или вызывающих рикошет от заклинаний противника. Он оговорился, что эта тема уместнее на занятиях по Защите от темных искусств (ЗОТИ), но заклинания — это все-таки заклинания. И прежде всего, методика правильного освоения техники подготовки — приготовления, произнесения — применения, и уклонения — увертывания в случае не поражения магом первоначальной цели.
После того, как он завершил объяснение теории, Анна и Гермиона практически одновременно подняли руки. Флитвик слегка опешил, но дал девочкам высказаться. А мисс Поттер-Гордон и мисс Грейнджер предложили профессору слегка магически расширить класс, ну, часть его, сделав для каждого студента, а вернее пары студентов, типа изолированного сектора — тира. Где сначала отрабатывался навык постановки простого щита Протего, для прямого отбития простейших атакующих заклинаний противника. Предложение девочек было немедленно принято, утверждено и воплощено в жизнь. Флитвик, Анна и Гермиона совместными усилиями раздвинули правую глухую стену замка, разделив каменными перегородками на двадцать учебных мест. Затем, тоже самое проделали с левой стеной. Таким образом, все разбившиеся на пары пятикурсники смогли занять сектора — ристалища.
По команде профессора первые номера в парах стали посылать в противника известное абсолютно всем заклинание Щекотки, а те должны были ставить простейший щит Протего, но так, чтобы заклинание точно отражалось в напавшего первым. И так до тех пор, пока сила заклинания не иссякала. Ошибкой считалось, когда заклинание не летело точно в цель, а рикошетировало, отклонялось в сторону, попадая в стены, пол и потолок индивидуального сектора противостоящей друг другу пары студентов. Кроме всего, Флитвик подвесил перед входом в каждый отсек пару ярких ламп, красного и синего цвета, фиксирующих количество ошибок вспышками и загоравшимися на них яркими цифрами.
Было много шума, хохота и неразберихи, но старосты обоих курсов, а также Анна и я, быстро навели порядок. И Флитвик объяснил, что это не дуэль, а только отработка правильной концентрации и исполнения заклинания Протего. Отработка точного отражения его в вашего противника. К концу урока профессор дал задание на самостоятельную подготовку, предупредив, что дальше будет уже сложнее. На различной высоте на стенах тренировочных секторов появятся гонги — мишени, и придется отрабатывать точность уже рикошета, стараясь попадать в них в строго указанной последовательности, изменяя угол наклона и высоты цели, корректируя точность прицеливания и соразмеряя силу магического воздействия.
Под влиянием ярких впечатлений, полученных на Заклинаниях, мы с интересом ожидали, чему же нас будет обучать Первый заместитель Министра Магии на первом уроке Защиты от темных искусств? Все стало ясно в первые же минуты урока. Ничему. В классической, канонической версии приведен разговор Гарри с Амбридж, я лишь добавлю то, что было на самом деле. Вернее, отсутствует в официальном издании тети Ро.
— Смерть Седрика Диггори это несчастный случай, Поттер! — уже на повышенных тонах произнесла Долорес.
Я больше не мог это слушать, не выдержал и поднял руку. Амбридж меня стойко игнорировала. Нет, старая крыса, я все-таки тебя сделаю!
— Профессор Амбридж! Профессор Амбридж! — елейным, как мне самому тогда казалось голосом, я попытался-таки привлечь ее внимание. — Я протестую, мой брат не сообщил присутствующим всю правду! Он скрывает правду! Горькую правду!
Пауза. Амбридж своими бесцветными пустыми, ну ладно, серыми «пучеглазыми» глазками тупо уставилась на меня. Класс замер. На лицах Анны, Гермионы, Рона и остальных застыло не только удивление.