– Хм, интересно… А я думал, что именно для этого. – Он выглядел разочарованным.
– Если вы выяснили всё, что хотели, покиньте, пожалуйста, мой кабинет!
Матвей поднялся, но уходить явно не спешил. Он долго и пристально всматривался в моё лицо. И я стала переживать, а не вспомнил ли он меня, и если это так, то, что Матвей собирается делать? Не выдержав его пристальный взгляд, я опустила глаза на стол и от волнения прикусила нижнюю губу.
Со стороны мужчины послышался прерывистый вздох. Я подняла на Матвея взгляд и встретилась с его пылающими глазами. Мужчина резко поддался вперёд и, перехватив меня за талию, опрокинул на стол. Придавив меня своим телом, он впился в мои губы грубым, властным поцелуем, причиняющим мне только боль.
Я даже испугаться не успела! Но понять, что творит этот наглый мужлан, смогла, и активно стала сопротивляться ему. Я стала бить мужчину, куда только доставала, пыталась оттолкнуть. Но Матвею, кажется, было всё равно, он не обращал внимания на мои жалкие попытки сопротивления, наслаждаясь терзанием моих губ.
Моих сил явно не хватало, чтобы полноценно сопротивляться этому мужчине! Но сдаваться я ему не собиралась! Не в этот раз!
Не найдя никакого другого решения, я просто укусила его.
Мужчина чертыхнулся, но к счастью, оторвался от моих губ. Быстро оттолкнув мужчину от себя (что было не сложно, так как он позволил это сделать), я поднялась со стола.
Я с яростью посмотрела на него, мне хотелось удушить его прямо тут, и плевать на последствия. Но я теперь уже точно знаю, моих сил на это не хватит!
А этот отморозок лишь усмехнулся на мой поступок и, вытирая кровь с губы, стал приближаться ко мне, он явно намеревался продолжить начатое!
Но я, недолго думая, от всей души влепила ему пощёчину и сквозь зубы процедила:
– Не смей больше этого делать! Никогда! Слышишь? Не смей меня касаться!
Матвей застыл на мгновение в растерянности. Не знаю, что его остановило, но свои попытки ко мне приблизиться он прекратил.
Отойдя подальше от этого монстра, я пыталась привести себя в порядок. А когда подняла глаза, то неожиданно встретилась с растерянным взглядом Томы.
Она стояла в дверях с двумя стаканчиками кофе и с явной растерянностью смотрела на нас.
Я тоже растеряно смотрела на подругу. Какая-то волна стыда окутала меня с головой. И хоть я понимала, что тут моей вины нет, но смотреть подруге в глаза мне отчего-то было стыдно.
Проследив за моим взглядом, Матвей тоже заметил невольного зрителя. Но только этот наглый тип довольно быстро скрылся из кабинета, при этом не проронив ни слова! Лишь перед тем, как закрыть двери, он мне лукаво улыбнулся и… подмигнул! И почему-то у меня появилось острое ощущение, что этот гад, пока не добьётся своего, не отстанет. А ещё я чётко осознала, что он готов взять это даже силой, если понадобится!
Подруга ещё какое-то время стояла неподвижно. Видно, пыталась осмыслить, чему только что стала свидетелем. А пока она приходила в себя, я пыталась отдышаться и привести в порядок себя. Мне бы тоже не помешало прийти в себя и осмыслить, что это только что было, и как мне это все воспринимать.
– Знаешь, подруга, когда я тебе предлагала подпустить его к себе максимально близко, я не это имела в виду! – проговорила наконец отошедшая от увиденного Тома.
От её слов я выдохнула с облегчением. Значит, она не осуждает, не критикует то, чему стала свидетелем.
– И поверь, я тебя тогда именно так и поняла! – сказала я. – Только этот тип, видно, решил по-другому!
Подруга присела в кресло и протянула мне стаканчик кофе. Поблагодарив её, я сделала пару глотков горячего живительного напитка.
Мне даже кажется, что у меня теперь голова болит не от вчерашнего алкоголя, а от непонимания того, что задумал этот мужчина. То он обвиняет меня в том, что я отобрала фирму у его отца, а через минуту уже целует!
– Знаешь, а этот тип на тебя, по-видимому, запал, – задумчиво проговорила Тома.
– Издеваешься? Да он просто решил пополнить свою коллекцию мной. Только вот он подзабыл немного. Я уже там есть! – гневно сказала я, сердясь на Матвея за его выходку и на себя за то, что поддалась.
И ещё подруга подливает масло в огонь! Запал он, ага, как же, такие как Матвей способны только на животную похоть!