Довольно лыблюсь в потолок, а с другого края подкрадывается неуверенность. А что если Алиса Нику не воспримет как маму? Хотя, что значит не воспримет? Мама у неё одна, это Вера, и она к величайшему ужасу погибла. Естественно, Ника не будет занимать это место в душе ребёнка, но женское тепло дома так важно. Сам бы я никогда такую красоту не навёл, а ей как легко далось.
Мысленно зажимаю Нику в углу, нахожу её губы, захватываю их своими, фантазия сегодня прёт. Рука тянется в неприличное место, обрываю себя мыслью, что я сейчас не один, а с ребёнком, с девочкой. Егор, угомонись.
Тяжко выдыхаю, отказывая себе в удовольствии и, перевернувшись на другой бок, медленно уплываю в страну сновидений. Там то точно можно себе позволить всё что угодно.
И мне позволяется. Снится, будто мы с Никой в том же «Миране», только не за мебелью, а просто так, гуляем. Я правдоподобно играю роль её парня. Вот обнимаю за плечи, чувствуя тепло её тела через тонкую ткань блузки, вот наклоняюсь и чмокаю в щёку, вдыхая лёгкий аромат её духов. Она смеётся, прижимается ко мне, и её улыбка такая солнечная, что мне хочется, чтобы этот сон длился вечно. Наслаждаюсь каждой секундой, каждым взглядом посторонних, которые словно говорят: «какая красивая пара». Всё получается так легко, будто так и должно быть.
И вдруг дикий, пронзительный визг. Не из сна. Откуда-то извне, из реальности. Визг Алисы.
Меня подбрасывает на диване, как от удара током. Сердце взрывается выбросом адреналина. Секунда на то, чтобы осознать, где я, и я уже вскакиваю, жёстко ударяюсь мизинцем левой ноги о ножку дивана, матерюсь, чуть не падаю, но дотягиваюсь до стены и ударом ладони врубаю верхний свет. Резкий, слепящий поток обрушивается на пространство.
— Алиса?
Девочка сидит наверху своей кровати-чердака, вжавшись в стену. Одеяло натянуто до самых глаз, но даже в полумраке видно, что она белая как мел. Всё её маленькое тело бьёт крупная, беспомощная дрожь. Глаза, огромные от ужаса, смотрят не на меня.
— Что случилось? Что ты увидела? — выбрасываю я из себя, делая пару прыжков через комнату, останавливаюсь у её кровати, хватаясь за лестницу.
...Она не отвечает. Только смотрит в одну точку. Её палец, бледный и тонкий, медленно, предательски выныривает из-под одеяла и указывает в угол напротив её спального места.
Я прослеживаю за её взглядом, но ничего не понимаю. Ничего. Пустота. +
— Дочь, там никого нет, — говорю я, пытаясь сделать голос мягче, но он срывается на хрип. — Тебе показалось. Всё хорошо. Это просто тени от новой мебели.
Она молча трясёт головой, и по её бледным щекам ручьями текут слёзы. Она не издаёт ни звука, просто плачет, беззвучно и отчаянно, её маленькие плечики судорожно вздрагивают. Справиться с этим — нереальная задача. Я чувствую себя беспомощным идиотом.
Осторожно, чтобы не напугать ещё сильнее, протягиваю руку и беру её холодную, влажную от слёз ладошку. Она лежит в моей руке, как маленькая мёртвая птичка.
— Алиса, расскажи мне, что случилось? — стараюсь говорить спокойно, но настойчиво, глажу её ледяные пальчики, пытаясь согреть их своим дыханием. — Я не пойму. Ты должна сказать мне. Я же не могу прочитать твои мысли. Всё хорошо, я тут, я с тобой...
И в этот момент её взгляд, прикованный к одеялу, вдруг замирает, а затем в её глазах вспыхивает новый, совершенно животный ужас. Ещё один, ещё более пронзительный визг разрывает тишину. Она дёргает руку и чуть ли не спрыгивает с верхнего яруса кровати прямо на меня, вцепляясь в мою футболку мёртвой хваткой.
Ещё одна история нашего литмоба "Папа может всё"
Чарли Ви, Ульяна Краш «Бывшие. Папина копия»
https://litnet.com/shrt/YTF8
глава 16
И тут я наконец-то всё понимаю. На розовом одеяле, в складке у её ног, замер небольшой, но достаточно жирный паук. Чёрт, ясное дело, приехал с нами из «Мирана» в одной из коробок, безбилетный пассажир. Для меня — просто противное насекомое, для неё — восьминогое воплощение ночного кошмара.
— Так-так-так, кто это у нас тут расселся без спросу? — говорю я, стараясь придать голосу бодрость. — Алиска, не бойся, папуля сейчас с этим разберётся. Спокойно, без резких движений, постой пока здесь.