С трудом дотягиваю до конца уроков. После пятого урока вваливаюсь в учительскую, падаю на небольшой диванчик, как подкошенный. Хочу просто пять минут посидеть в тишине… там Маргарита Петровна. Буравит меня своим взглядом из-за очков.
— Костомаров, вы выглядите как смерть. Идите домой и заболевайте официально. Я найду кого-нибудь на завтра. Или расписание поменяю. Придумаем.
В другой ситуации я бы, может, и обрадовался. Но сейчас её слова вгоняют меня в ступор. Всё утро я мечтал об этом, а теперь то что...
— Спасибо, Маргарита Петровна, — выдыхаю я с неприкрытой иронией в голосе, ишь благодетельница нашлась, дорого яичко к пасхальному дню, а что мне её «завтра». — Всё в порядке. Я... я уже ухожу. По делам.
Выскакиваю из школы как ошпаренный. Сердце то колотится, то предательски замирает. Такси. Надо вызвать такси. До Северной, 115.
Роюсь в кармане в поисках телефона. Достаю. И зависаю.
На экране — три новых пропущенных вызова. И одно СМС. С одного и того же номера. Я со вчерашнего забыл отключить беззвучный режим.
Сообщение короткое, без знаков препинания, будто набранное в ярости.
«Гражданин Костомаров прекратите игнорировать нас ребёнок находится в приёмном отделении второй день ждёт решения по опеке если в течение часа вы не появитесь мы будем вынуждены передать дело в полицию для принудительного розыска и оформления акта об оставлении в опасности»
Пипец. Дыхание перехватывает. В глазах темнеет. Второй день. Она целую ночь провела там. Одна. Вот я мудак!
Оставление в опасности. Полиция. Звучит, как сраный ультиматум. В бессилии замахиваюсь кулаком на кого-то сверху, пытаясь докричаться о справедливости, неужели именно так нужно? От сильного замаха телефон выскальзывает из ладони и, делая несколько кульбитов в воздухе, падает на асфальт экраном вниз.
Чёрт!
Стекло экрана расходится паутиной трещин — точь-в-точь как моя старая, привычная жизнь.
_____________
Дорогие читатели, рада приветствовать вас в моей новинке!
Добавляйте книгу в библиотеку, чтобы не пропустить обновления.
За звёздочки и комментарии отдельное спасибо, они очень греют душу автора!
Всем приятного чтения!
визуалы
Костомаров Егор Сергеевич, 32 года
Ветрова Алиса, 8 лет
глава 3
Стекло хрустит под пальцами. Поднимаю телефон, стараясь не порезаться. На осколках экрана застыло то самое СМС. «В течение часа». Час уже начался.
Рвусь к дороге, ловлю такси взмахом руки, как сумасшедший. Водитель, мужик с уставшим лицом, косится на меня.
— До Северной, сто пятнадцать! По-братски, мужик, очень надо быстро!
Он фыркает, но трогается. Тыкаюсь в разбитый экран, пытаясь набрать нужный номер, но сенсор выведен из строя, на пальцы не реагирует. Вот они реалии прогрессивного времени, а был бы кнопочный аппарат, я без проблем уже разговаривал с этой службой опеки.
Доезжаем достаточно быстро. Приёмное отделение опеки оказывается серым зданием с облупленной штукатуркой. Влетаю в кабинет, который мне назвали на проходной, и едва не сношу дверь с петель.
— Я Костомаров! Здрасте, — выпаливаю задыхаясь. — Мне вчера звонили... про дочь...
За столом сидит женщина. Лет шестидесяти, в строгом тёмно-синем костюме, с короткой стрижкой на седых волосах, массивными очками на переносице и с лицом, которое абсолютно ничего не выражает. Она медленно поднимает на меня глаза и кажется, что эта дива уже заочно составила обо мне мнение, а теперь сверяет оригинал с протоколом.
— Здравствуйте. Меня зовут Валентина Матвеевна, я занимаюсь делом Алисы. Гражданин Костомаров, а вы явно не приверженец пунктуальности, — её голос ровный и холодный, как сталь. — Ребёнок ждёт вас со вчерашнего утра.
— Да я... мне не сказали... — начинаю я, но она перебивает, тыча пальцем в какую-то папку.
— Вам позвонили, сообщили. Вы проигнорировали. Это классифицируется как уклонение от родительских обязанностей, — она смотрит на меня поверх очков. — У вас стабильный доход? Собственное жильё имеется? Подходящие условия для содержания ребёнка есть?