Чувствую, как кулаки от злости сжимаются. Им абсолютно похрен на то, что я только узнаю о своей дочери, они не спрашивают, как я себя чувствую после этой новости, не просвещают, почему я вдруг так резко становлюсь отцом, о котором не вспоминали больше восьми лет, их интересует только материальные аспекты.
— Где Вера? Что с ней случилось? — наконец выдавливаю я из себя давно мучивший меня вопрос.
— Мама Алисы погибла в аварии, — ровно и безэмоционально констатирует факт служащая.
— А другие родственники? Бабушка? Тётя? — Вера не оставалась совсем одна, я помню её мать, которую в принципе уже тогда в шутку окрестил своей будущей тёщей, и сестру, пусть младшую, но сейчас уже точно совершеннолетнюю.
— Бабушки уже давно нет, а тётя живёт в другом регионе. Вы самый близкий из родственников.
— Но я даже не знал о том, что у меня есть дочь, её мать ничего мне не рассказывала, мы не виделись тысячу лет, — понимаю, что звучу глупо, но это действительно правда.
— Незнание не освобождает вас от ответственности, гражданин Костомаров, — заученным канцеляризмом добивает она мою хрупкую оборону. — И предупреждаю сразу: если вы не имеете возможности или желания воспитывать Алису, говорите сразу, до того как я вам покажу её. У ребёнка тяжёлая травма, она была в машине в момент аварии и всё видела собственными глазами. С девочкой работал штатный психолог в больнице, но, как вы понимаете, этого мало. Очень мало. Так что решайте сразу, возможности передумать у вас не будет.
С шумным выдохом сминаю лицо ладонью, тру щетину на подбородке, моя жизнь совсем не заточена на ребёнка. Студия, залитая пивом, с горой грязной посуды, работа учителя физры, вечерние тренировки. Всё это совсем не клеится с детским расписанием. Но…
Это ребёнок. Травмированный гибелью матери ребёнок, у которого в свидетельстве о рождении я значусь отцом. Блэт. Нет, я, конечно, понимаю, что ничего не знаю и не умею, но я не последняя тварь. Детский дом против моей жилплощади кажется днищем, не хочу потом всю жизнь себя жрать из-за минутного страха. Справлюсь.
— У меня есть квартира! И работа стабильная, — рычу я, но в голосе звучит слабость.
— Мы это проверим, — безразлично отвечает она. — Завтра в десять утра я буду у вас для составления акта обследования жилищных условий. Если условия не будут соответствовать нормам... — она не договаривает, но смысл ясен.
— Считаете я за сутки смогу подготовиться? Сегодня среда, у меня рабочий график!
— Я не буду слишком придирчивой, — на секунду смягчается она. - Ребёнок школьного возраста, обязательно нужна отдельная кровать, место для хранения вещей и письменный стол. Ну и чистота, естественно.
Хмыкаю, уже представляя, как буду носиться по мебельным и доставать из заначки бабло на новые приобретения.
— Это всё?
— В идеале ребёнку нужна отдельная комната, но здесь мы уже не будем упираться рогом…
— Вот спасибо, — цежу я и перехватываю её пристальный взгляд.
— Пока не будем. Мы дадим вам время, график проверок: один раз в месяц. Предупреждаем за сутки, если будете на связи, всё успеете. И да, не забудьте, что в вашем доме появляется ребёнок, обеспечьте набор продуктов в холодильнике. Хорошо?
— Хорошо, — у меня настрой ниже плинтуса, ещё сегодня вечером занятия у взрослых, ладно, восемь лет — уже большая, посидит дома одна.
Служащая медленно поднимается и выходит из-за стола.
— Пойдёмте. Вы должны её увидеть.
Она ведёт меня по коридору. Сердце колотится о рёбра как бешеное. Готов ко всему, но не к этому. Кажется, к такому вообще невозможно подготовиться.
Дверь в соседний кабинет приоткрыта. Женщина в очках толкает её, и мы вместе входим внутрь.
визуал
Валентина Матвеевна, работник органов опеки
глава 4
В комнате, на слишком большом для ребёнка стуле, сидит девочка. Маленькая, худенькая. В жёлтой толстовке и джинсах, на ногах кроссовки, в руках сжимает потрёпанного плюшевого зайца. Она не плачет. Не смотрит по сторонам. Просто сидит, уставившись в стену, абсолютно неподвижная.
Она похожа на затравленного котёнка, который закрылся внутри себя и больше не реагирует на мир. Просто существует, чисто механически, без чувств и эмоций, на автомате.