- Пошли попробуем притащить жратвы и вещей. Ты, я надеюсь, взяла что-то теплее этой куртки?
- Не-а, Карина же сказала, тут котел, и вообще, весна… - она смачно хлюпнула малиновым носом.
- Тогда иди посиди в машине или вали в дом, там хоть не дует.
Ксюшка послушно уехала вниз, а я сумел вскарабкаться наверх и достать несколько сумок. На пути обратно я даже почти не падал: конечно, мне было далеко до Андрея, но я попытался вспомнить школьные навыки раскатывания ботинками ледяных дорожек и применить их на практике.
Так мне удалось добраться до Женька, который снова стоял на карачках, только в другом обледенелом сугробе: ближе к дому. А на крыльце жилища разразилась бурная дискуссия с обвинениями, в смысле, Карина обвиняла Андрюшку, что тот не может открыть простую дверь, а рядом Ксюшка и Юлька дышали на пальцы.
- Чего, ребятишки? - поинтересовался я, влезая к ним под сень козырька и бухая сумки Ксюшке под ноги. - Нешто замок замерз?
- Чем ерничать, лучше помоги! - взъярилась Карина. - Тебе же вечно силы девать некуда и больше всех надо!
- Ладно, не нервничай, дорогая, мне не надо, но я иду, - я забрал огромный ключ из натруженной руки Андрея и, наклонившись, потыкал им в скважину. Замок действительно ни фига не поворачивался, но это еще полбеды: подняв глаза и поглядев на косяк, я увидел, что дверь смачно перекосило.
- Ой, Колин, - Ксюшка, видимо, прочла эти мысли на моем лице. - Мы совсем не войдем, да?..
- Ну не совсем, но… Кариночка, как думаешь, твоя тетя очень на тебя обидится, если мы аккуратненько высадим ей одно окошко?
- Ты чего, офонарел, что ли?! - рявкнула Карина. - Еще чего! Три мужика, а дверь открыть не могут!
- Два мужика, - поправил я. - Женек еще на пути к нам. Может, именно в нем наше спасение.
Спасение взобралось на крыльцо, пригладило вставшие дыбом лохмы, приняло у меня ключ, поковыряло замок, тоже глянуло на косяк, присвистнуло и заключило:
- Не, копец: тут только этим… тараном надо долбить. Окно давайте выбьем.
- А ты знаешь, сколько стоят эти окна?! - заорала Карина. - Мы с наших всех зарплат на одно не наскребем!
- А че тогда делать?
- Это я у вас спрашиваю. Кто здесь мужчина?
- Гы-гы, - Женек одновременно усмехнулся и передернулся от холода. - Слышь, Андрюх, ты чего имеешь сказать как мужчина? Я вот имею сказать, что надо валить отсюда, пока нафиг не обморозились.
- Может, кто-нибудь в печную трубу пролезет и изнутри откроет… - испуганно ляпнул Андрюшка.
Мы все дружно задрали головы, но увидеть крышу нам помешал козырек. Наконец Карина мрачно сказала:
- Андрей! Я же говорила, что здесь котел!
- Раз так, пойду поищу в этой крепости слабое место, - решил я и осторожно слез с крыльца. - Если я долго не буду отзываться, значит, не удержался на этой чертовой горке: ищите меня в речке.
Послав соратникам по загородному отдыху воздушный поцелуй, я уехал за пределы их видимости.
И с другой стороны розовой домины мне действительно улыбнулась удача. Во-первых, съехать в реку помешал на совесть сделанный забор: я только слегка ушиб об него плечо. Во-вторых, у этой пародии на усадьбу, оказывается, от сползания грунта осыпался небольшой кусок задней стенки рядом с дверью в подвал-подпол. Я аккуратно пролез туда по заснеженным кускам кирпичей и, к своему ликованию, обнаружил, что из подпола ведет вверх деревянная лестница, упирающаяся в большой люк. Он тоже не захотел открываться сразу, но в подполе нашелся ржавый топор, а петли люка оказались хлипкими, и я их попросту сбил.
Люк, падая, попытался треснуть мне по башке, потом по руке, потом — по ноге, но все три раза я успел уклониться, так что получился эдакий судорожный танец на лестнице. Из открывшегося отверстия пахнуло застоявшимся и холодным, как в склепе, воздухом. Я удовлетворенно спрыгнул на поверженный люк и понес коллегам благую весть.
Те, конечно, обрадовались — все, кроме Карины, которой не понравился обвал задней стенки и то, что я снес люк, но ее никто уже не слушал. По одному мы забрались внутрь. Женек, взбодрившийся на нескользком полу, сходил врубил пробки, и вокруг замерцал, разгораясь, желтоватый свет.
- Красота! - довольно выдохнула Ксюшка.