Я из последних сил толкнул обеими ногами саннина в грудь и упал на корточки, пытаясь отдышаться.
— Хан… — я прервался кашлем. — Хан — пятихвостый джинчурики, который живет в горах севернее Ивы.
— И откуда тебе это известно? — презрительно бросил Кай.
И я, как на духу, все выложил. А что бы вы сделали?
Кай задумался, а затем поднял меня за шкирку с земли.
— Значит за ним пошли Акацки. А ты знаешь, что уже почти начался второй месяц весны? Чакровый следопыт уже давно смог бы его выследить. Какого хрена ты мне не сказал?
— Ты не спрашивал, — парирую я. Кай уже куда более спокоен и выдерживает колкость, не вспыхивая.
— Давай соберись. Мы отправляемся на Мьебокузан.
— Мне бы выспаться, — потряхиваю я головой. Такое чувство, будто там, как железной коробке, пересыпается куча гвоздей.
— После смерти выспишься, пошли, — зло прерывает Кай.
Хрен знает, как я, без сна уже вторые сутки, и с разбитой головой поспевал за Каем. Неужели он смог, меньше чем за пару недель, превратить меня в такую выносливую тварь?
Во время заката, что обжигал мне левую щеку, мы уже бежали в горку и тут мне уже стало хреново. Дыхание в кои-то веки сбилось, а сердце билось как сумасшедшее. Благо, это не продлилось долго — мы оказались среди камней и здесь уже не бежали. Хотя мы уже и не бежали, передвижение здесь отнимало не меньше сил.
Когда мы оказались на вершине хребта, я уже не видел раскинувшуюся предо мной панораму, я сосредоточился на том, чтоб не упасть. Кай дал мне пять минут для отдышки и после них я почувствовал себя заново родившимся, хоть меня так и клонило в сон.
Кай был обеспокоен. Я проследил за его взглядом. Нет, он не смотрел на плато, чуть ниже нас, с кучей каменных жаб и водопадов, он смотрел дальше — туда, где за парой кряжей дымил классический особняк.
— Сюда, — Кай поджал ногу и поехал в по каменистому кряжу вниз. Мне не хотелось думать, что будет, если я зацеплюсь за камень ногой, и я быстро скатился вслед за ним, не глядя вниз. Нас встретила очередная темна просека из хвойных деревьев. Этот приятный воздух даже как-то освежил.
Ненадолго. Снова я снова вспотел, а в легких снова ощетинились тысячи игл, когда Кай побежал. Мы преодолели еще два кряжа, уже куда менее высоких и оказались на берегу горного ручья. Кай перепрыгнул и за следующей грядой деревьев показался особняк.
Весь внутренний двор, когда-то набитый макиварами и мишенями, что валялись щепками на земле, был разрушен. Выжженная земля, полностью уничтоженная фронтальная стена. Пепел еще дымился и был теплым.
— ХАН!!! — ужасно громко закричал Кай.
Уши заложило. После секундной тишины в них загудел неприятный высокий звук. Затем отозвались эхом раз за разом три больших горных кряжа.
— Ты не мог проиграть этим выскочкам, — схватился за голову Кай. — Ты бы раскидал их всех, даже не используя чакру… Как они тебя забрали?
Дальше речь саннина напоминала бессвязное бормотание.
— Чертовы жабы Мьебокузана. Они же видели, что здесь происходило и не вмешались, — скрип зубов Кая снова въелся мне в уши.
— Что случилось, в конце-то концов? — недовольно прервал я.
— Хана забрали Акацки, — сказал очевидное Кай, а затем оказался рядом со мной. — Стоп. Как бы ты мог узнать информацию об этом? Только если…
Блеснула сталь, а затем я почувствовал боль на предплечье, где осталась тонкая резаная рана от куная. Она затянулась, не прошло и минуты.
— Я так и знал, — кивнул своим мыслям Кай. — Значит барьер..?
— Да, барьер в архивах был настроен на джинчурики. Поэтому я и смог его снять…
— Если ты хочешь, чтоб я продолжил твое обучение, то ты выполнишь одно мое маленькое задание.
Я недовольно посмотрел на саннина, но он и не заметил.
— …ты отправишься в дом клана Хигаши. Хан всегда как-то был связан со страной Огня. Если ты найдешь хоть какие-то следы, то они, скорее всего, выведут нас на Акацки. В таком случае придешь на водопад Цуцуми. Бобры знают как со мной связаться. К тому моменту как мы с тобой встретимся, я жду от тебя полной симметрии тела. Тогда приступим к основным тренировкам.
— А ты?
— Я пойду по горячим следам…
— Еще? — окликнул я уже уходившего Кая.
— Да?
— Кто был тебе Хан? Друг?
— Да, — тон Кая был такой, что это явно значило "нет".
— И еще?
— Ну?
— Если я закончу тренировку раньше, как мне преобразовать мою силу в чакру земли?
— Попинай камни, — зло бросил Кай и скрылся.
Этот ублюдок меня кинул.
Глава 7
Я почти падал с ног от бессилия. Если бы не тренировки с Каем, то подобные нагрузки стали бы для меня фатальными.
Как только Кай исчез среди деревьев, я и сам вошел в лес, но за первой же полосой деревьев остановился. Сейчас главное — выспаться. Без еды я еще не один день смогу пробегать, а вот легкие, сердце и мышцы требуют отдыха… не меньше чем голова.
Я спал так, как не спал уже давно — полностью упав в дрему без снов и образов, чуть ли не вырубился и совершенно не воспринимал себя.
Тем не менее, проснулся я посреди ночи, проспав не более четырех часов. Дом Хана уже не дымился, и теперь, со свежей головой, я могу зайти туда и обыскать его. В конце концов, не оставлять же такой подарок нетронутым?
Комнаты были наполнены неприятным запахом дыма. В первую очередь я открыл перегородки, те, которые еще были целыми и скоро дом наполнился приятным вечерним воздухом гор.
Дом был настолько традиционным, что я даже шкафов не нашел. Нашел парочку дорогих одежд, сложенных около футонов, что оказались мне узкими и длинными. Хан, значит, дрищик? Хех.
Ни оружия, ни ценных вещей. Разбросанные повсюду кунаи и сюрикены таковым не считались, так как этого счастья у меня хватало. Ну один кунай я взял — сейчас я без оружия и все мои вещи далеко. Видимо, за Ханом пришли такие же любители поживиться, как и я.
Но я не ушел с пустыми руками — шелковый домашний халат и такой же синий платок. Такое дело стоило просто огромных денег. Огромных для меня. Учитывая, что халат влез мне в поясную сумку, можно представить его цену.
Особняк я покинул удовлетворенным. Его расположение запомнить легко. Если Кай найдет Хана мертвецом, я вернусь сюда. То, что осталось, вполне поддается ремонту, а это исполняет мою детскую мечту… Пф, всего год прошел, а я считаю того себя ребенком, психолог это бы объяснил.
Я ведь и правда был глуповатым и излишне самоуверенным. Ну хоть я и не стал более скромным, но теперь у меня есть на это причины. Вон, я уже четвертый час бегу без остановки.
Воспоминания о прошлом, вопреки ожиданиям, принесли хорошее настроение и радость. Я довольно хихикал. Даже если и не все сложилось, как ожидалось, трудности стоили того, что я получил. Я уверен, что сейчас я способен победить любого чуунина, или двоих геннинов. Шино сейчас легко сложился бы подо мной, просто потому, что жуки ко мне не коснуться, его клон из насекомых меня не обманет, а высасывание чакры не даст ему ничего. Чакра во мне спит уже довольно долго, и я, честно говоря, не чувствую в ней никакой необходимости.
Ровно до первой серьезной битвы. А пока, пусть изрядно растянувшееся вместилище и потоки "расслабятся" и "соберутся".
Двое суток бега, теперь уже с перерывом на ночь, показались просто приятной и освежающей зарядкой. Если бы еще было что-нибудь поесть, вообще было бы прекрасно.
Теперь я сидел около притока к реке, ведущей к одному из водопадов, и выжидал. Скоро выпрыгнул очередной лосось и встретился с моим кунаем. С красноватой кожей и потертой чешуей. Сразу видно, что на нерест.
Уже вечером я коптил рыбу на дыму, положив в давно горящий костер зеленых веток. Еды получилось очень много. Так что я и наполнил все лотки, набрав рыбы килограмма на три и наелся до отвала. Сварил бы и риса, но не в чем, бамбука-то рядом не растет. Утрамбовав рюкзак и переодевшись, я наконец завалился спать до рассвета.
Зато утром я чувствовал себя лучше, чем за все время, как сбежал. Я отлично выспался и так наелся, что даже завтракать не хотелось.