Туман казалось поглощал даже шорох гравийки. Макс снизил до десяти километров в час, и устало затягиваясь, не отрывал взгляда от маленького видимого кусочка дороги впереди. Пашка съёжился, став похожим на испуганного ребёнка. Время от времени он подносил ко рту бутылку и делал небольшой глоток.
Прошло минут пятнадцать, прежде чем туман стал понемногу рассеиваться.
— Ну, слава богу, — выдохнул Макс и слегка надавил на газ.
Послышался привычный шорох гравийки, мотор зарычал, и Макс улыбнулся.
— Ну всё, щас минут десять проедем и остановимся, грибов чуть соберем. Хоть какая польза от этой поездки будет.
— Угу, — кивнул Пашка, и стал пристально вглядываться влево, надеясь по траве определить, могут быть на этом лугу шампиньоны, которые бодро уходят по сотне за кило, или нет.
— Слышь, Макс, — удивлённо проговорил он, когда от тумана не осталось и следа. — А разве гора должна сейчас быть слева?
Макс уже сам заметил гору, ту самую, на которой когда-то скрывались беглые преступники и геройски погибла наша батарея. Он стал в мозгу прокручивать панораму, вертя её и так и этак, и пытаясь выяснить, где и что должно находиться.
— Если, когда мы ехали туда, эти чёртовы Воровсколесские высоты были слева, — думал он, — Значит, теперь они должны быть справа. Это по-любому.
— Слушай, по-моему мы где-то не там повернули в тумане, — сказал он Пашке. — Ты не заметил?
— Я вообще туда не смотрел, — ответил тот. — Я водку пил.
Макс резко остановил машину.
— Чё ты? — спросил Пашка, дёрнувшись по инерции вперёд.
— А чё туда ехать? Мы всё равно снова в эту дебильную Рощу приедем.
— А может это вообще другая гора? — Пашка принялся крутить головой во все стороны. — Вон тех деревьев не было, по-моему, — он ткнул пальцем в сторону возвышенности. — А может и были. Хер его знает, короче.
— Да это стопудово та гора, — уверенно сказал Макс. — Откуда здесь другой быть?
Он вывернул руль влево и сдал чуть назад.
— Может лучше доехать сначала туда, убедиться? — спросил Пашка.
— Ага. А про бензин ты не подумал? Он же, блин, кончается понемногу.
— А-а, — протянул Пашка. — Ну ладно, давай тогда обратно.
Развернувшись, Макс выжал из двойки всё что мог. У кромки тумана он резко сбросил скорость, и сильно наклонившись вперёд, стал разглядывать гравийку.
— Ты тоже смотри, — бросил он Пашке. — Может тут где развилка есть.
— Смотрю, смотрю, — закивал Пашка, едва не прилипая к лобовому стеклу. Мотаться туда-сюда по туману ему совсем не улыбалось. А улыбалось ему приехать в город и нажраться в каком-нибудь кабаке вместе с Максом, потом возможно забуриться на игровые аппараты с пивком. Само собой башлять за это всё, как обычно, должен был Макс, но Пашку это сильно не парило.
Когда туман кончился, и слева снова появилась гора, Макс сплюнул на резиновый коврик под ногами и остановил машину. Пашка откинулся на спинку, закрыв глаза и задрав голову.
— Это всё дед, — проговорил он. — Это он, падла старая, наколдовал.
— Чё ты за ерунду городишь? — зло спросил Макс. — Ты вообще слышишь, чё несёшь? Какое на хрен колдовство?! Не бывает его, этого колдовства, это я тебе стопудово говорю.
— Ну а чё тогда? — Пашка открыл глаза, и повернув голову, посмотрел на Макса.
Но тот не ответил. Он слепо уставился на руль, и напрягая мозг, стал искать логическое объяснение всему произошедшему. Нет ничего, что невозможно объяснить с помощью логики, говорил он себе, здесь просто какой-то ландшафтный косяк. И скорее всего, хитрая развилка. Когда мы ехали сюда, мы на эту развилку само собой не наткнулись, потому как, другая дорога примкнула к основной, а теперь мы просто тупо съезжаем на эту примкнувшую. А ведёт она по ходу по кругу. Мы делаем круг и выезжаем…
Макс нахмурился. Тогда получалось, что эта круговая дорога должна была примыкать к основной ещё раз. Ну, значит так оно и есть, подумал Макс, а хитрый дед знает об этом. И он знает, что сейчас здесь туман. Мы сами ему об этом под дулом рассказали. Небось и местные в этом долбаном тумане не раз кружили, а теперь напостой над приезжими прикалываются, типа отсюда нельзя уехать, и всё такое, — Макс ухмыльнулся. — Ну, дед, блин. Не мог по-человечески объяснить, что лучше дождаться, когда туман испарится, а потом уже ехать. Катайся теперь тут, бензин жги.
Он повернул голову, чтобы объяснить всё это своему другу, но у того было такое лицо, что Макс почувствовал невольный холодок внутри. Пашка смотрел за спину Макса. В его глазах читался настоящий ужас, лицо побледнело, да и было видно, спроси Макс сейчас у него что-либо, вряд ли бы тот нашёл в себе силы ответить.