— Эти на богомолов похожи, — дед кивнул. — Усища из рожи торчат, головы треугольником. У нас такие богомольчики тут постоянно в траве ползают. Только маленькие само собой. Весною зелёненькие, а к осени желтеют, прям как листья, — дед хмыкнул. — Вот эти на них и похожи. Смешно выглядят, а вот смеяться не хочется. Хотя они и не такие злобные, как краки, но и добра от них ждать, наверное, глупо. В общем, краки за первый год кроме всего скота ещё и шестнадцать человек загубили. А зелёные ничего, те никого не убивали. Появлялись тут, туда-сюда перебегали. Может высматривали чего, а кто их поймёт чего им надо. Ну, а через год, значит, мы уж научились кой-чему, — дед задумчиво улыбнулся. — Стали мы этих краков от деревни отваживать…
— А почему вы их краками назвали? — влез вдруг в дедов рассказ Пашка.
— А потому. Когда они ходят, от них звук такой идёт — крак-крак, крак-крак. Видно кости так их кракают. А может и нету у них костей. Так не о том речь. Стали мы, значит, краков отваживать, а зелёных не трогали. Так за пару лет и отвадили. Теперь они и близко к деревне носа не кажут. А мы вот живём-выживаем. В земле-то у нас после того гула не растёт ничего, потому мы и охотой занялись. Благо и до этого в деревне дюжина охотников была, так что ружья имелись, патроны правда экономить приходилось, да потом они и в ненадобности стали. А дичи тут теперь, слава богу, слава богу, — Егорыч пару раз кивнул головой. — Дичи, дай бог. Даже такой, которой тут и отродясь не водилось. И как сюда попали, не разберёшь. Я вот лет восемь назад леопарда убил.
Макс замотылял головой, словно пытаясь встряхнуть мозг, который с трудом успевал переваривать дедовскую речь. А после леопарда и вовсе перестал что либо переваривать.
— Подожди, дедуля, какой леопард? — спросил он, и ему вдруг показалось, что это какой-то дурацкий сон, и что сейчас на этой маленькой кухоньке появятся и леопарды, и бегемоты, плюс парочка передавленных удавов, и как это часто бывает в снах, дело дойдёт до полного абсурда — а он взмахнёт крыльями и улетит отсюда к ебени-фени.
— Большой, — дедуля ответил серьёзно, и от этого Пашка вдруг громко прыснул. Нет ничего смешнее, когда юмористический фельетоны произносятся с серьёзным лицом, а ещё лучше с каменным, как у Альтова, и Пашка не мог сдержаться.
— Тихо ты! — повернувшись, прикрикнул Макс. Когда Пашка затих, Макс снова уставился на деда. — Какие леопарды? У вас тут что, раньше зоопарк был?
— Не было, — дед помотал головой. — Чего ж это вдруг в нашей-то деревне зоопарк мог быть? И в городе не каждом-то имеется, — дед широко улыбнулся.
— Тогда откуда леопард? Мы вот, кстати, удава на дороге переехали. В паре километров отсюда.
— И эти тут иногда появляются, — дед согласно кивнул головой. — Но редко. Я за тридцать лет всего раза три натыкался. Вкусные очень.
Макс задумался. Всё это было слишком непонятно. Всё это было полной абракадаброй, и судя по всему, им придётся в этой абракадабре какое-то время пожить. А может быть и непросто пожить, а прожить до самой старости, или до того момента, когда тебя убьёт какой-нибудь непонятно как вообще тут имеющийся в наличие крак. От этой мысли Максу стало по-настоящему муторно. Он вдруг почувствовал всю безысходность происходящего вперемежку с ощущением, что вот-вот сойдёт с ума. И чтобы не сойти, он вскочил с табурета и ударил кулаком в стену.
Дед промолчал, наверное понимая, как нелегко человеку вот так вот, с бухты-барахты принять всё это. Это ему оно уже привычно и обыденно, а только что попавшим в такую передрягу есть с чего слететь с катушек. И с меньшего люди сходят.
— Бред, бред, бред, — Макс снова плюхнулся на табурет. — Это же бред, дедуля. Краки, леопарды, зелёные какие-то. Как это всё может быть? Скажи мне, я сплю?
Дед молчал, добивая чай. Пашка испуганно смотрел на Макса.
— Тащи водку, — сказал вдруг Макс, повернувшись к Пашке. Пашка покачал головой.
— Один не пойду.
— Вообще-то пить я вам тут не дам, — строго проговорил дед. — Сегодня ещё куда ни шло, а с завтрашнего дня ни-ни. А ты сходи, не бойся, — обратился дед к Пашке. — Теперь сюда они не заходят.
Пашка недовольно поднялся.
— Точно не заходят?
— Точно-точно, — подтвердил дед. — Давно уже не заходят. Поняли, что тут наша территория.
— Ладно, схожу, — пробурчал Пашка. — Сколько брать-то? — спросил он у Макса.
— Возьми пару, — бросил Макс.
Пашка вернулся через минуту. Было заметно, что перемещался он бегом, видимо не до конца поверив деду. В кулаках Пашка крепко сжимал по бутылке водки.