— По тому как убивают можно разглядеть, Максимка, — не согласился дед. — Глаза и не нужны тут.
— Вот мы когда там, на горе в машине были, — продолжал Макс, не слушая деда, — Знаешь, почему крак нас не убил? Ты сказал интересно ему стало, или ещё чего там. Ни фига. Он просто был сыт. А если дичи теперь тут полно, то в таком состоянии он бывает чаще, чем голодным. Правильно? Я думаю — да. Потому есть хороший шанс пройти через лес и не быть убитым.
— Кхм, — лицо деда стало серьёзным. — А чего это ты так прочно намылился идти?
Макс на секунду смутился.
— Нет, ты не подумай, Егорыч, что я испугался, — сказал он, пряча взгляд в мрачном виде за окном. — И я понимаю, что обязан погибшему…
— Да не говори чуши, — недовольно перебил дед. — Тебя никто ни в чём не винит и ничем не обязывает. Я же тебе сказал уже, Максимка, ты ни при чём. Эти твари и без тебя нападали и убивали.
— Ну всё равно как-то…
— Я о другом тебе. Ты же сам сегодня видел, что краки теперь не одни ходят, а с тенями. Видел?
— Я думаю это случайность, — Макс посмотрел на деда. — Егорыч, ну пришли они одновременно, и чего?
— Хм, понятно, — дед покачал головой. — Я вижу, Максимка, ты просто хочешь сам себя убедить в неопасности затеянного.
— Егорыч, ты пойми, нам нужно вернуться, — Макс слегка повысил голос. — Там ведь нас ждут. У Пашки там мать старенькая, у меня тоже. Ещё жена у меня.
— Это я всё понимаю, Максимка, и ничего против не говорю. Но ты не затуманивай себе голову. Чтобы ты там не думал, по-настоящему будет так, как оно есть, понимаешь?
Макс кивнул на ружьё.
— А ты меня, Егорыч, стрелять научи, и если что, так хоть какой отпор дадим.
— Хоть какой отпор тут, это всё равно, что смерть, — дед осудительно покачал головой.
— Я всё равно пойду, — Макс насупился и зло уставился на стенку.
— Вместе пойдём.
Макс удивлённо перевёл взгляд на деда.
— Не-ет, Егорыч, — проговорил он медленно. — А вот это, ерунду полную ты говоришь.
— Чего так?
— Ты здесь, как я понял, один из основных защитников. И что будет, если ты уйдёшь?
Егорыч усмехнулся.
— Чего это я один из основных? Тут и без меня защитников хватает.
— Сегодня на одного меньше стало, — напомнил Макс. — А у тебя здесь внучка. Нет, Егорыч, мы уж сами как-нибудь. Сами попали, сами и выпутываться должны. Ведь никто нас сюда за уши не тянул, правильно? И главное, хоть по какой бы серьёзной причине вляпались в эту лажу, так нет же, водку на картошку меняли, блин. Кому рассказать, обхохочутся, — Макс кисло улыбнулся.
— А если вы погибните, ты не думал?
— Думал, Егорыч. Но сам посуди. Вы тут уже тридцать лет выживаете, а мы раз, появились, и ради своей выгоды утянули отсюда главного защитника. И как потом нам себя оправдывать? Не знаю, чего ты там о нас думаешь, Егорыч, но совесть у нас пока ещё имеется, не прохерячили, как страну. Так что мы сами пойдём. Ничего страшного не случится, думаю я всё правильно рассчитал. А если мы выхода не отыщем, тогда вернёмся. Лишние защитники не помешают ведь, а Егорыч?
Макс деланно улыбнулся и подмигнул.
— Не помешают, — задумчиво согласился дед. — Ладно, завтра из ружья постреляем. Я у жены Семёна насчёт патронов и пороха спрошу, у него и того, и другого должно порядком ещё остаться. Мы ж их тогда, Максимка, помногу закупали. Дефицит был. Всё что положено в охотничьих, а остальное у спекулянтов добирали по двойной цене. Вот теперь и пригодилось. Хотя, конечно, навечно никаких запасов не хватит.
— А я вот ещё что думаю, Егорыч. Если мы выберемся, я в какой-нибудь институт пойду. Или ещё куда-нибудь, не знаю пока. Пусть займутся вашей деревней. Если существует ограда, её же можно обнаружить и изучить как-нибудь.
— Там за лесом, железная дорога проходит. Я думаю, они тридцать лет назад уже знали о нас. Мы просто не нужны им, Максимка. Зачем им лишняя головная боль?
— Хм, а может и не так совсем. А? Я же говорил тебе, Егорыч, Союз-то развалился. Может просто из-за этого развала о вас забыли. А теперь, если напомнить, быстренько заинтересуются. Это же не что-то незначительное. Ты сам подумай, Егорыч, ограда какая-то странная, плюс целая деревня, которая пропала. Да сюда толпы учёных набегут, хотя бы ради славы. Ну, и военные, наверное, тоже в стороне не останутся.