– Окей.
Джек осмотрел зал. Прибыв в Германию они осели в неплохо сохранившемся подвале заброшенного здания, недалеко от центра Берлина. Если верить Хельге, то когда-то тут была крупная больница, рядом располагались исследовательские центры, но затем, во время массового переселения после Второй арабской, больница превратилась в лагерь беженцев. Через несколько лет беженцев разогнали, а здание, по какой-то причине, осталось заброшенным. Под воздействием времени верхние этажи либо обвалились, либо была захвачены сквоттерами, у которых Матвей с Хельгой выкупили электрогенератор. В целом, подвал более менее подходил для жилья, даже к запаху влаги и плесени можно было привыкнуть, а крысы разбежались от тарахтения генератора еще в первые дни. Они с Хельгой поселились в небольшом закутке, подальше от входа, Матвей же, Алексей и Итиро скромно расположились на спальных мешках в «зале», среди рабочего оборудования, заполняющего былую пустоту. Сначала Мэт притащил Иденнет-терминалы, затем команда кое-как, чтобы никто не заметил, смогли по частям пронести двух роботов и боеприпасы. Еще совсем недавно из-за огромного количества разбросанных запчастей и деталей невозможно было спокойно пройти, но сегодня все было по другому – в одном из углов копошился Итиро, заканчивая собирать трехметровых свежевыкрашенных металлических махин, а в другом шепотом кулеров откликались работающие терминалы, в которых, опутанные проводами замерли Матвей с Алексом.
– Готово, – Итиро хлопнул по логотипу BMW на передней панели робота рукой и встал. – Располагайтесь в креслах, вам нужно привыкнуть к управлению перед выходом.
Джек сел в кресло терминала, подключая различные провода к своему импланту. Хельга положила патрон обратно в ящик, разгладила складки своего комбинезона и повернулась к мониторам.
– Как там Нари? – тихо спросила она Анну, стараясь, чтобы никто не слышал.
– Я нормально, – послышался голос девочки из динамиков. – Надерите им там задницы!
– Обязательно, дорогая, – на лице Хельги скользнула ухмылка, она как бы хрустнула костяшками пальцев, но бионические конечности не издали ни звука. – Можешь даже не сомневаться.
Она надела шлем и легла в кресло. К ней подошел Итиро и начал что-то объяснять. На Джека же стандартный шлем не надевался, но Итиро смог сделать модификацию для его импланта, что позволило решить проблему.
– Джесс?
– Привет Джеки. Что случилось?
– Как вы там? Все в порядке?
– Да, все идет по плану. Алекс сейчас пытается проникнуть в одно из заброшенных зданий, неподалеку от Иден-Тека. Ты бы знал, какая эта башня огромная вблизи… А вы как?
– Итиро закончил настройку, так что мы готовы выдвигаться.
– Не лезь особо на линию огня, Джеки. Когда ты будешь в аватаре, я не смогу тебе помочь ибо связь будет заблокирована.
– Да ладно, – он ухмыльнулся, – подумаешь.
– Ой, ты то у нас самый смелый, прям мистер холодный рассудок! Ладно, хоть есть кому прикрыть тебя, зазнайка. Мы начинаем, повеселитесь там!
Джек посмотрел на Хельгу. Встретившись взглядами, она подмигнула ему. Ответив легкой улыбкой, он нажал кнопку активации нейронной связи.
***
– Хех. Почти никакой разницы.
– Что ты сказал? – робот Хельги повернулся к роботу Джека. Они оба стояли на берегу реки, смотря на центр Берлина.
– Никакой разницы, говорю. Этот район напоминает мне Любек, разве что более чист и пустынен. А так, все та же разруха, те же уличные торговцы, старые дома в перемешку с новостройками, все то же гетто, только вместо приезжих арабов – местное население.
– Вот ты о чем… Это ещё не худший район. Чем дальше от центра, тем опаснее. Да и сам понимаешь, последствия Второй арабской дали о себе знать. Экономика полетела к чертям, особенно когда весь Ближний Восток к нам повалил. Ладно, идем к спуску.
Чем дольше они шагали среди дворов, тем больше Джек убеждался в некой схожести между двумя городами. Нет, конечно, различия были, но вот атмосфера… Более того, если уж говорить начистоту, то даже отдельные районы Петербурга были похожи на эти закутки Берлина, своей депрессивной мрачностью стен, давно молящих о ремонте или сносе, переулками, в которых среди былого асфальта прорастали небольшие деревья и огромным количеством мусора на пешеходных улочках. Всё те же заколоченные окна, бездомные и улицы разбитых фонарей, отсутствие тепла, которое сжиралось до последней капли окружающим пространством. Солнце давно не заглядывало в эти заплесневелые норы между многоэтажными человеческими муравейниками.