Отведя взгляд от дроида, девушка стала разглядывать карту, стараясь запомнить ее, хотя при таком количестве проходов это было невозможно. Но хотя бы представление о системе ходов она получит. А потом можно попытаться выкрасть ее…
— Прежде чем тебе придет в голову очередная гениальная идея о побеге, — негромко сказал Рен, — тебе стоит знать, что эти браслеты помогают отыскать того, кто убежал — дают чувство направления. Так что скрыться ты не сможешь.
Рей ничего не ответила, упрямо уставившись на карту и разглядывая пересечения ходов.
Сборы заняли не слишком много времени, и очень скоро они покинули кантину. Рей уходила с тяжёлым сердцем, захваченная ощущением собственной беспомощности. Кайло Рен держался независимо и спокойно, будто все шло по заранее установленному им плану.
— Удачи, — сказал Эмиль на прощание. — Если вернетесь целыми, невредимыми и с горстью кайбер-кристаллов, поставлю вам обоим особый старательский за счет заведения.
***
Они шли в молчании. Рей хмурилась, прикидывая радиус действия браслетов — не может же он быть неограничен? Наверняка действует в пределах нескольких километров…
Знакомым путем добрались до затопленной пещеры и там вышли на лед, медленно перебираясь вдоль стены. Пролом возле берега все еще не затянуло, и Рей поглядывала на него с легким содроганием.
Первым препятствием стал подъем к одному из верхних проходов. Рей мысленно желала Рену сорваться вниз и пробить лед. Ну или хотя бы разбиться о камни. Увы, высота была недостаточно большой, а Рен лазал по скалам не хуже Рей.
Большинство ходов шли параллельно друг другу, некоторые под разным уклоном. Их соединяли перпендикулярные ходы и глубокие колодцы, служившие когда-то шахтами для подъемников. У первого попавшегося им колодца сохранились даже остатки креплений для оборудования. Но глубоко внизу журчала вода, а брошенный вниз камешек отозвался гулким плеском.
Возможно той воды было по щиколотку. А возможно выше головы.
Оставались и другие ходы, другие колодцы, и, обмениваясь лишь сухими фразами по необходимости, нечаянные партнеры продолжили исследовать штреки.
Там царила необычайная тишина. Единственными звуками были шаги и дыхание, и лишь иногда доносилось журчание воды. И Рей, и Кайло Рен были вооружены фонарями, но на стенах встречались светящиеся пометки через равные промежутки. Пометки были на местах, где когда-то были технические узлы, теперь уже разобранные, возле ниш, где располагались санитарные пункты. Их, в отличие от прочего оборудования, не торопились разбирать, но и пользоваться ими не стеснялись. В силу температуры содержимое пунктов разлагалось медленно, несмотря на агрессивную бактериальную среду растворов, которыми их заливали. Так что определить, что они приближаются к такому пункту, можно было заранее — по запаху.
Иногда встречались надписи и рисунки, даты, памятки. Здесь определенно бывали, может быть и не так часто, как внизу.
С нарастающим унынием Рей отмечала, что надежда отыскать тут кайбер-кристалл становится все более призрачной.
Еще два колодца были затоплены, один — нет, но он был глубоким и чем-то не понравился Рену. Возле него они остановились на короткий привал. Вместо печки и плиты служил небольшой черный куб с легким углублением в центре грани, со скошенными рёбрами. Когда он разогревался, ребра и углубление начинали светиться оранжевым. Рей и Кайло сидели друг напротив друга, куб разделял их, согревая воздух и крошечные пайки на нем.
«Интересно, — подумала девушка, — возможно ли пройти весь путь молча?»
Она вновь неосознанно потерла запястье с браслетом.
— Так какими побочными эффектами пугали конвоиров? — спросила Рей, первой нарушив молчание.
Рен сидел напротив, скрестив ноги, и рассматривая Рей.
— Тебе не о чем беспокоиться, — сказал он. — Мы не пробудем тут настолько долго.
— А тебе есть о чем беспокоиться?
— Приятно, что ты думаешь обо мне в таком ключе. Но нет, не о чем, — спокойно ответил Рен.
Рей сжала зубы до скрипа, но ничего не ответила. Ее изводило желание чем-нибудь задеть Рена, вызвериться на него, но девушка упрямо давила в себе эмоции. Отсюда ее выведет холодный разум, а не потакание собственным мелким слабостям.
Очень скоро они закончили, собрались, и последовали дальше.
Время шло к условному «вечеру»: они оба устали, а подходящих проходов не находилось, и Рен все больше мрачнел. Вылазка не задалась, и, похоже было, что единственным удобным вариантом оказался забракованный им колодец.
Рен был готов заночевать тут из чистого упорства, но приведенный Рей довод — единственная ее фраза, сказанная за последние несколько часов — показался ему разумным: что не было смысла ночевать в штреках, когда рядом была удобная гостиница.
Хозяин явно обрадовался, когда они вернулись — мрачные, в сырых комбинезонах, измазанных серо-бурой подземной пылью.
— Передумали? — спросил Эмиль.
— Нет, — ответил Рен сухо. — Но наметили точный маршрут.
Он не стал оставаться внизу, сразу поднявшись в ту же комнату, что занимал до этого. А Рей, подумав, осталась внизу. Кантина была пуста. Хозяин явно скучал, и девушка, несмотря на усталость, подсела к нему за стойку и предложила:
— Хотите переберу вашего дроида пока мы здесь?
— Вам следует отдохнуть, — возразил Эмиль.
— Я совсем не хочу спать, — ответила Рей. — У него явно барахлит процессор, может быть охлаждение, и точно стоит осмотреть манипуляторы.
— Хорошо, — сдался хозяин. — Я принесу инструменты.
— Обычно я вожусь с ними сам, — сказал Эмиль, когда Рей, отключив дроида, приступила к первичной диагностике. — Но знаний мне не хватает. У меня, э-э-э, другая специальность.
— Вы были торговцем? — спросила Рей, не отвлекаясь от работы.
— Отчасти. Я получил образование инженера-геолога: бурение на сверхглубоких горизонтах, добыча в условиях высокого давления… Торговцем тоже довелось побывать… Исследователем, — хозяин негромко вздохнул и добавил:
— Беглецом.
— От чего вы бежали? — поинтересовалась Рей. — Не поладили с законом?
— Не поладил с собой, — ответил Эмиль. — Был молодой, глупый… гордый. Сделал ошибку, не захотел признавать ее… И вот я здесь, один. Сбежал ото всех, всеми забытый, по-прежнему беспокойный, и ошибку уже не исправить, — он снова негромко вздохнул и прошептал на пределе слышимости, как бы для себя:
— Она сейчас замужем, конечно. Наверняка.
Рей сделала вид, что не расслышала последнюю фразу.
— Я бы половину деталей заменила, — сказала она, указывая на дроида. — Вот здесь серьезная коррозия, поэтому он и виснет.
— Все сырость виновата, — ответил Эмиль. — Идет снизу… Вот если бы мы находились у горячих источников… Впрочем там и цены кусаются, и землетрясения не редки. Уж лучше сырость.
Рей пожала плечами и спросила:
— Антикоррозийный раствор есть?
Эмиль принес раствор и уселся на стул рядом, наблюдая, как Рей чистит манипуляторы и контакты.
— А вы давно знакомы? — спросил он. — С вашим товарищем.
При словах «ваш товарищ» Рей ощутила физическое отвращение, но ответила ровно и спокойно:
— Достаточно давно.
— Вчера вы меня напугали, — признался Эмиль девушке. — Когда ваш спутник принес вас… Разве можно бегать по льду? — укоризненно спросил он. — Вам повезло, что у берега не так глубоко.
Рей промолчала. По ее ощущениям тогда в озере чернота расстилалась вокруг нее на километры.
— Вы по-прежнему собираетесь на это опасное предприятие? — спросил хозяин.
— Мне очень нужен кайбер-кристалл, — сказала Рей.
— Неужели во всей Галактике нет другого места? — спросил Эмиль. — Дело ваше. Будьте осторожны. Если заметите признаки обрушения: трещины, микрообвалы, потрескивание — уходите. Не рискуйте, спасать вас некому.