И с диким оскалом на устах, и с хищным блеском в глазах, Рей резко рванул вперед — туда, куда его вело — давно знакомое — зовущее «нутро», словно он был «обречен» не к какой то «боли и страдания» а именно — к этой — единственной и " долгожданной «свободе» и где больше никто и никогда не сможет его — «обмануть» — ни своей жалкой силой, ни какими-то — фальшивыми и бессмысленными «правилами» и — где только его, «новая сущность», наконец — сможет — всё «закончить» раз и навсегда.
Глава 37
«Забытая надежда»
«Ну, всё понятно! Пришло время — с вами, со всеми — „заканчивать“» — прошептал Рей, и на его губах заиграла зловещая и полная — «мрачного» и извращённого «смысла», «улыбка». — «А вас уроды — я „потом "заберу“ — с собой! Хахах!»
И словно «хищник», что «выпрыгивает» из засады, со всей своей звериной злобой, и не скрываемым презрением к своим «жертвам» — он рванул вперёд. И те чувства и все те старые воспоминания которые терзали его так долго — стали лишь — стимулом — к ускорению его — «последнего пути» где его ждала столь долгожданная развязка всего того «фарса» что плели эти, бессмысленные «боги» вокруг, всех его страданий и где он — «обретает себя» как нового и совершенно — такого — ужасающего — «хищника».
Его «дикое нутро» так и «горело» от ожидания скорого финала. И с бешеной скоростью проносясь мимо жалких «обителей этого "проклятого места», то и дело — толкал и пинал ногами — всякий мусор, словно потакая незримой злобе, что поднималась из глубин — его изувеченной души, с новыми и еще — более извращёнными — ощущениями. Его глаза были холодны, а его движения быстры и точны. И он не испытывал уже никаких мук совести, что — так долго — старался скрыть — в старой и «фальшивой шкуре» и теперь ему, даже, это «нравилось».
Тени, что раньше его «пугали» и вводили в «стопор» своей «неотвратимостью», теперь, рассыпались в пыль под одним его взглядом — и то же происходило со всей, той грязной магией, что всё так упорно ему «маячила». А его «тяга», перестала быть «рабской и мучительной». Она больше походила на голос давнего «друга» с которым ты, и «готов всё разделить» и простить — даже — «те» «убогие» — «грехи». Рей устремился в жуткий портал, с остервенением показывая всему этому миру, что теперь именно он — ведёт «игру», а не та убогая кучка прогнивших — «паразитов» что ждала его там в конце — в своих «кровавых обителях», что теперь трепетали, в «его» присутствии, ожидая — своего «закономерного конца» — в его умелых и столь безжалостных — «руках».
Он был не просто хищником, что бросается на свою жертву — а искусным палачом, который не «торопится» а смакует каждую минуту предвкушая, что ждет «всех „их“» за этим — проклятым порталом.
Он, как будто с головой окунулся — в невесомость, а в глазах — был — только — его зловещий — «мрачный и полный торжества», — взгляд.
И Рей переступил — порог — этой столь, знакомой — и такой — чуждой — «пустоты» и оказался, не в новом витке «ада», а в какой-то — пронзительной и насквозь фальшивой — «тишине» — где перед ним не разворачивались мрачные ландшафты, а где словно — туман убрали, и где в самом центре — был — «его» — «истинный» и столь — ненавистный ему — «мир», но который «теперь» предстал перед ним — без какой либо — «маски».
Всё «искажения» наконец отступили, давая понять ему, «что» — теперь, он — как никогда — видит всё таким, — «какое» оно есть «на самом деле». Это было «похоже» — на ту — старую «арену», где он страдал как «собака», но теперь всё выглядело — " иначе". Словно он всё смотрел — через «перевёрнутый» телескоп. Теперь, даже — самый страшный «ужас» из «прошлой реальности» — представлялся перед ним — не как «кошмар» а скорее как — «гнилой и лицемерный» фарс. Где в центре — только он и ищет «свой ответ», дабы окончательно положить всему этому — жалкое — и ни кому не нужное «начало». Он чётко понимал, что всё это время «там» — «они» «играли» — но теперь — эта «игра» будет — вестись по — его — правилам — где все «проигравшие» — получат — всё сполна — от той жгучей, и столь ненавистной ему — «боли» что все они — так любили — раздавать — в своём «бессмысленном — „фарсе“ и 'грязной» — «потехе»".
И вместо жуткого пекла и тошнотворной пыли, он словно — попал в некое жуткое «царство мертвых» где всё его окружение напоминало — как руины, забытого богом города — из где всё давно уже «вымерло» где время навсегда «застыло» где вместо жизни — виднелась только — тень и холодный — безысходный — «мрак». И вместо того что бы «отвратиться» от этого убожества и «жаждать» — поскорее отсюда — «свалить» — его разум как бы проглотил этот «грязь» — и оттого всё вокруг стало как то — «покойнее» и — более, «отчётливым» и даже — немного «привычным». «Похоже надо отучится от того — что всегда было рядом» — усмехнулся Рей и почувствовал ту тишину, которую он давно — так отчаянно, пытался — получить — но по какой то нелепой — иронии — получал — только, грязные «подаяния», от очередных своих «истязателей» где его «душа» так назойливо кричала — о «своей боли» что, уже — надоела — даже — ему «самому», понимая, что все их потуги — «это игра в одни ворота», где, «он» — как всегда, был — в проигрыше.