Возможно, на его месте Кейн справилась бы хуже.
Чувствовать себя бесполезной было ново и неприятно.
– Кажется, пробил, – выдохнул он через несколько минут, утирая пот тыльной стороной ладони. – Эта дрянь еще и зарастает. Попробуем пробраться?
– Да. Если этот спирит действительно зарастает, он сможет укрыть нас от гибридов и от осколков схем.
Кейн сама подошла к Джеку и забросила руки ему на плечи. Цепляться становилось уже почти привычно.
Он никак это не прокомментировал и только прижал ее к себе плотнее человеческой рукой.
Потом они прыгнули, нити рванули их вперед, и уже через секунду Джек протиснулся в узкий проход, который удалось расчистить. Кейн едва не свалилась вниз.
Вперед им пришлось ползти. Спирит вокруг пульсировал как живое существо, сдавливал мягко, но неуклонно.
Один раз проход свернул влево, и почти сразу стало легче – Джек выбрался во внутреннем коридоре корабля.
Кейн, спотыкаясь о собственную юбку, вывалилась следом.
В корабельном коридоре было темно, только матово светилась спирит-рука – кажется, не так ярко, как обычно. Джеку пришлось изрядно потратиться.
– Внутри чисто? – спросила Кейн, и снова подумала о мертвецах в креслах. Проникал ли сквозь облако вокруг воздух?
Джек поднял руку, пытаясь осветить проход, замер, прислушиваясь. Тусклый свет обрисовал его фигуру в темноте:
– Не могу определить, – Кейн отметила, что говорить он старался тихо. – Дрянь какая-то, но не гибрид. Может, и просто осколок схемы. Дальше, почти на носу корабля. Скорее всего, на капитанском мостике.
– Возможно, какая-нибудь аномалия.
Кейн попыталась зацепиться взглядом за точку смещения, ей даже удалось это – буквально на секунду под ногами заколыхался океан архетипа, но потом накатила тошнота, и пришлось ухватиться за перегородку, чтобы не упасть.
– Да не дергайся ты. Без тебя разберусь. Лучше бы силы поберегла.
– Если на корабле аномалия, лучше узнать об этом сразу.
– Не похоже, – Джек немного расслабился и пожал плечами. – Здесь и спирита внутри почти нет, вся дрянь снаружи. Начинка почти не пострадала. Вряд ли корабль тут давно. Год максимум. Если поищем, может быть, даже припасы найдем.
Одной мысли о воде было почти достаточно, чтобы погнать Кейн вперед, и ее остановило только то, что идти пришлось бы наощупь.
– Готова? – спросил Джек.
– Здесь нет фантомов?
– Я не слышу.
Дирижабль был крупным – скорее всего, действительно одним из пассажирских дирижаблей «Винд вингс», но Джек наверняка мог слышать спирит внутри относительно отчетливо.
Если бы не возможная аномалия совсем рядом, это бы успокаивало.
Зрение постепенно адаптировалось, Кейн уже понемногу различала коридор, в котором они оказались. Под ногами валялся мусор. Никаких мертвецов вокруг.
Кейн положила руку Джеку на плечо, и они осторожно двинулись вперед.
– Как думаете, что стало с пассажирами?
В окружающем полумраке звук шагов звучал гулко и четко. Отражался от стен.
– А ты сама как думаешь? – спросил Джек тихо, и за раздражением в его голосе Кейн слышала совсем иное. Ему тоже было не по себе на этом мертвом корабле. – Вариантов не так уж много. Или они стали фантомами, или стали трупами. Фантомами они не стали.
– Я не боюсь мертвых, – сказала Кейн.
– Расскажи кому-нибудь другому. Я чувствую, как у тебя руки трясутся.
– Это от холода, – соврала она. – Мы сейчас в боковой части гондолы корабля. Скорее всего, вокруг располагаются пассажирские каюты. Нужно поискать, вдруг внутри остались светильники.
Ей удалось произнести это ровно, не запнувшись и без дрожи в голосе.
Они двигались вперед медленно, чтобы не споткнуться, уже прошли мимо нескольких запертых дверей, поравнялись со следующей.
– И что ты выберешь? – спросил Джек. – Подождешь меня здесь, в темноте, или будем обыскивать каюты вместе?
Он нажал на ручку ближайшей двери, и та отворилась со скрипом.
Света едва хватало, чтобы различать предметы на пару шагов вокруг.
– Вдвоем будет быстрее.
На самом деле ей просто не хотелось его отпускать и оставаться одной в кромешной темноте, без возможности использовать спирит.
Кейн никогда не считала себя суеверной или мнительной, но под Грандвейв темнота была другая, не такая, как в ее квартире ночью. Здесь она была давящая, осязаемая, пропитанная мыслями о безысходности и о том, как умирали те, кто попал сюда.
Джек зашел в комнату первым, застыл в дверях, оглядываясь по сторонам. За его спиной ничего не было видно, но Кейн и не торопилась разглядывать каюту.
Потом он зашел внутрь, прошел вперед, стараясь не задевать валявшийся на пути мусор – раскрытые чемоданы, ворох одежды и осколки стекла. Мебель, как это было принято на пассажирских дирижаблях, оказалась прикручена к полу, и потому во время аварии никак не пострадала.