«Через пару дней военная приемка завернет вам первую же партию, Виктор Степанович, — мысленно обратился Аркадий к Генеральному директору. — Вы начнете задыхаться. Вы будете покупать дорогой легальный прокат, вашу маржу сожрут издержки. Вы поймете, что без моей системы ваш завод — просто груда старого железа».
Вода в кружке закипела. Аркадий вытащил кипятильник, щедро засыпал заварку. Аромат хорошего черного чая окончательно превратил угол Снабженца в островок персонального комфорта.
Он сел за стол и сделал первый глоток. Горячая жидкость приятно обожгла горло.
Оставалась только одна переменная в этом уравнении, которую Аркадий Ильич пока не мог взять под полный контроль.
Слесарь Алексей Михайлович Кузнецов.
Человек, который сломал его идеальную игру с латунью. Аномалия. Обычный работяга в белом халате, который читал ГОСТы как открытую книгу, строил дипломированных инженеров и обладал какой-то звериной, хищной хваткой. Аркадий уважал силу и ум. Но именно поэтому Кузнецов должен был быть уничтожен. Не уволен, не избит в подворотне. Уничтожен системно.
Аркадий Ильич затушил окурок о край железной пепельницы.
— Наслаждайтесь победой, Алексей Михайлович, — тихо, в пустоту произнес Снабженец. — Дышите полной грудью, пока ваш завод еще может производить кислород. Скоро я перекрою вам вентиль.
Первый день в камере СИЗО подходил к концу. Аркадий Ильич чувствовал себя так, словно только что провел успешный совет директоров.
Глава 26
Кабинет Генерального директора был залит холодным утренним светом. Виктор Степанович стоял у окна, заложив руки за спину, и смотрел на раскинувшуюся внизу панораму завода. Дымило литейное, деловито сновали погрузчики между цехами. Завод жил.
На его массивном дубовом столе, поверх текущих сводок, были бережно раскатаны синьки — чертежи тяжелого ударного беспилотника «Орлан».
Виктор Степанович подошел к столу и провел тяжелой ладонью по гладкой бумаге. Впервые за долгое время он дышал полной грудью. Раковая опухоль в виде охамевшего снабженца и вороватого технолога была удалена. Да, это было больно, с хирургическим вмешательством следователей и конвоя, но теперь система очистилась. Завод готов к честной работе и переходу в высшую лигу.
В массивную дверь робко, дважды стукнули.
— Войдите, — бросил Генеральный, опускаясь в свое кресло.
В кабинет боком, словно извиняясь за свое присутствие, протиснулся Семен Ильич — немолодой, сутулый мужчина в мешковатом костюме. До вчерашнего дня он тихо сидел в заместителях Аркадия, перекладывая бумажки и не отсвечивая, а теперь на него всей тяжестью рухнула должность временно исполняющего обязанности Директора по снабжению. Семен Ильич непрерывно потел и нервно комкал в руках чистый носовой платок.
— Виктор Степанович, разрешите? Я со сводкой по логистике…
— Проходи, Семен. Садись. Докладывай, — Генеральный кивнул на стул для посетителей. — Что у нас по сырью?
ВРИО сглотнул, присел на самый краешек стула и положил на дубовую столешницу тонкую пластиковую папку.
— Ситуация… крайне напряженная, Виктор Степанович. Я с самого утра пытался связаться с контрагентами Аркадия Ильича по металлопрокату и резинотехническим изделиям. Азия молчит. Телефоны их посредников недоступны. Логисты, через которых мы возили компоненты… они просто сбрасывают звонки, услышав название нашего завода.
Генеральный нахмурился. Он ожидал чего-то подобного, но не так быстро. Аркадий, видимо, успел зачистить хвосты и дать отмашку еще до того, как его довезли до изолятора.
— Понятно. Истерика контрабандистов. Испугались проверок, — процедил Директор. — Что предлагаешь? Завод завтра останавливать будем, пока они из нор не вылезут?
— Никак нет! — Семен Ильич испуганно замотал головой, протирая запотевшие очки. — Я поднял старые базы. Связался с нашими, отечественными поставщиками. Металл — с уральских заводов, авиационная резина для кислородных редукторов — с комбината из Ярославля. Всё строго по ГОСТу, с клеймами военной приемки на их стороне, никакого контрафакта. Я уже согласовал лимиты, они готовы начать отгрузку хоть сегодня.
Виктор Степанович удовлетворенно кивнул.
— Молодец, Семен. Можешь ведь работать, когда над душой не стоит этот… — он не стал произносить фамилию Аркадия вслух. — Вот что значит белая логистика. Давай счета.
ВРИО дрожащими пальцами открыл папку и подвинул к Директору распечатанные таблицы с печатями.