Голос Виктора Степановича сорвался на хрип. В нем не было привычной начальственной усталости или раздражения. В нем звенело колоссальное, нечеловеческое напряжение.
Я рывком сел на кушетке. Стойка с капельницей опасно качнулась.
— Эй! Лежать! — Николай Сергеевич подскочил из-за стола, едва не опрокинув стул.
— Снимайте, доктор, — я протянул ему руку с заклеенной веной. — Это по мою душу. Если я сейчас туда не поднимусь, лечить придется весь завод. И от другого.
Врач посмотрел мне в глаза. Он работал здесь достаточно долго, чтобы понимать разницу между дежурной планеркой и экстренным вызовом такого уровня. Николай Сергеевич грязно выругался сквозь зубы, сорвал пластырь и резким, профессиональным движением выдернул иглу. Из ранки тут же выступила темная капля крови. Он с силой прижал к ней спиртовую ватку и туго перетянул руку бинтом.
— Согни и держи, — рявкнул он. — Завтра не придешь — лично с охраной приду!
Я накинул пиджак прямо на согнутую руку, буркнул слова благодарности и вылетел в коридор.
Путь на верхний этаж заводоуправления я проделал бегом, перепрыгивая через ступеньки. Дыхание сбилось, в висках пульсировала кровь, смешанная со свежим медицинским препаратом, но адреналин глушил любую слабость.
Когда я распахнул тяжелые двери приемной, секретарша даже не попыталась меня окликнуть. Она сидела бледная, вжавшись в свое кресло. Я без стука вошел в кабинет Директора.
Виктор Степанович стоял у окна спиной к двери. В кожаном кресле для посетителей вальяжно расположился Аркадий Ильич. В отличие от Генерального, Снабженец выглядел так, будто только что вернулся с дорогого курорта. Ни капли пота, ни тени сомнения. Рядом с ним, протирая запотевшие очки краем халата, стоял запыхавшийся Марк Борисович. Видимо, старый метролог тоже бежал сюда со всех ног.
Я подошел к столу и остановился, ожидая.
Генеральный директор медленно повернулся.
— Звонили из Москвы, — голос Виктора Степановича был тихим. — От заместителя министра обороны по вооружению.
Он перевел взгляд на Резникова.
— Твою логистическую карту… всю эту твою схему с транзитом через азиатские хабы… они проверили.
Директор замолчал. Марк Борисович перестал тереть очки. Я почувствовал, как напряглись мышцы спины. Если генералы из контрразведки и аудита завернули схему — мы банкроты. Завод пойдет под внешнее управление уже завтра утром, а Снабженец вернется на свою тюремную шконку.
Аркадий Ильич даже не пошевелился. Он лишь слегка склонил голову набок.
— И каков вердикт, Виктор Степанович? — бархатным, совершенно спокойным голосом спросил Резников. — Неужели им не понравилось название нашей подставной конторы в Дубае?
— Они всё утвердили, — Директор шумно выдохнул, и его лицо вдруг исказила нервная, почти истерическая улыбка. — Им плевать, как называется твоя контора, Аркадий. Им плевать, через какие границы ты потащишь этот груз. Они сказали, что в нынешних условиях их интересует только результат. Сроки и физическое наличие коплектующих на сборке. Они дали нам зеленый свет.
Виктор Степанович оперся обеими руками о стол, глядя на нас горящими глазами.
— Контракт наш. Отмашка на серийную сборку тяжелых дронов «Орлан» подписана. Авансовый транш — тридцать процентов от суммы договора — поступит на наши счета уже сегодня вечером.
В кабинете стало тихо. Растворялись месяцы страха, угрозы банкротства и унизительных проверок. Мы это сделали. Завод, который еще недавно гнил заживо под руководством Самохина, получил статус ключевой площадки в одном из самых важных государственных проектов.
Марк Борисович облегченно осел на соседний стул, тихо произнеся что-то на иврите. Генеральный директор, помолодевший лет на десять, достал из сейфа бутылку коньяка.
Но эйфория, наполнившая кабинет, оборвалась так же внезапно, как и началась. Ее убил прагматизм Аркадия.
Снабженец поднялся из кресла, застегнул пиджак и посмотрел на Директора.
— Рад, что в Министерстве остались люди с мозгами, — сухо констатировал он. — В таком случае, лирику в сторону. Если аванс падает сегодня, завтра утром я перегоняю первые миллионы по нашим криптошлюзам в Азию. Маховик запущен. Через две недели первая фура с полетными контроллерами, системами телеметрии и высокооборотистыми двигателями будет стоять на нашем пандусе. Готовьте производственные площади.
Аркадий посмотрел на меня с торжествующей усмешкой хищника, который получил лицензию на отстрел.
— Готовь свою красную печать, Кузнецов. Скоро тебе придется работать без выходных.