Высокий забор мешал рассмотреть улицу. Широкий двор был забит телегами. Командовал разгрузкой высокий старик с квадратной бородой и густыми бровями. Он хмуро смотрел на меня, как на бездельника. Ну да, на мне ни оружия, ничего. Только мешочки с монетами. Остальные вещи забрали. Я специально осмотрел фургон — всё пропало. А спать в перевязи было неудобно, да и не думал я на спутников плохо.
Я горько усмехнулся. Хотя что это я? Из всех меня, пожалуй, только Милка не обыскивал. И Марфа, и Дэла не постеснялись порыться в моих вещах. Пришла очередь гномов проявить гостеприимство.
Величественный особняк был сложен из толстенных бревен. Я бы сказал излишне толстых бревен, не иначе как показатель статуса. Через приоткрытую мощную дверь считывалась толщина стен — не меньше метра. Я нашёл приоткрытую калитку. В дом еще успею, тем более, что меня никто не приглашал, а вот посмотреть город хотелось бы. И лучше это сделать без сопровождающих.
Улучив момент, когда старик отвлёкся на особо нерадивых слуг, я выскользнул за ворота.
Оказался я на широкой торговой улице. Я обвёл себя критическим взглядом и завернул в ближайшую лавку одежды. Слишком приметно выгляжу в лучших одеждах от артефакторов.
Меня встретила милая девушка, ориентированная на активную торговлю. Не составило труда повестись на её уговоры и поменять одежду целиком, включая обувь. Простые рабочие штаны из грубой холщовой ткани, выкрашенные в скальный цвет. Светло коричневая, мягкая и приятная рубашка. И очень удобные сапоги. Как будто специально под меня сделаны. Старую одежду я сложил в сумку путника, навязанную мне приятной девушкой.
В типичной одежде жителя города я не бросался в глаза. Но распознать во мне чужака было не сложно. Здесь все друг друга знают в лицо. Гостей в городе мало. Как я понял, торговлю они ведут через город Ярмарка.
В общем погулять по городу не получится, а жаль, срисуют сразу. Поэтому для сбора информации я выбрал трактир.
Мне приглянулась большая таверна с оптимистичным названием «Сытый гость». Я скромно потоптался в дверях, привлекая внимание подавальщицы и выбрал столик, скрытый от входа толстой опорой. Рядом расположилась большая компания, и я собирался нагло подслушивать.
Попросил у подавальщицы что-нибудь традиционное, я же гость и хочу узнать, чем живут и что любят гномы. Девушка одобрительно кивнула, и вскоре передо мной появилась лепёшка, здоровенный кусок мяса в окружении зелени и кружка пива. Даже флягу с пояса сняли, твари.
Я тщательно пережевывал, периодически впадая в задумчивость. Всё же быстро перекусить не входило в мои планы, я собирался максимально тянуть время. А разговор тем временем принимал занимательный оборот: пришёл я в нужное время и в нужное место.
— Кай вернулся, помогла ему поездка, — сказал мягкий женский голос. — Только поговорить с ним не успела, он заперся с отцом.
— Так ты бы друзей его расспросила, — посоветовал певучий мужской голос. — Вы с Барием всегда были на одной волне, — мужчина беззлобно хохотнул.
— Он умчался к себе, — женский голос прозвучал недовольно. — Они спешно сменили лошадей и ускакали, даже фургон у нас оставили. Им то чего бояться? Их город в самом центре Гномьего леса.
— Всё же большое переселение зверей, — проскрипел старческий голос. — Охотники сегодня утром вернулись, рассказывали, что в долине бродят огромные стада. Что-то сдвинуло их с насиженных мест. Кай и Барий знают, что случилось, вот и поспешили на доклад.
— А ты Кувалду видела? Его могла расспросить, — спросил хриплый мужской голос и зычно крикнул: — Мая! Еще пива!
Подавальщица появилась мгновенно с двумя кружками.
— Барук, тебе хватит. Еще солнце не встало в зенит, — возмутился старик.
— Кувалду не узнать, — нагнетая таинственность прошептала женщина, — он тааак изменился! Красавчик! Девушки за ним табунами ходить будут. Вот, что правильный отдых с гномами делает! Но он ушел на доклад вместе с Каем, я его только мельком и видела, — она печально вздохнула.
— Что вообще ничего не удалось узнать? Зара, не поверю, — с хитрецой в голосе проскрипел старик.
— С ними люди были. Охотники и торговцы. Женщина продала мне информацию, — вздохнула Зара, а я чуть пивом не подавился. Ну даёт Марфа. — Пятьдесят золотых отдала! — горестно добавила женщина.
— Оно хоть того стоило? — загоготал Барук. Его подхватил певучий смех первого мужчины. — Не-не, не смотри на меня так, Зара, я тебе платить не собираюсь, — и он опять зычно загоготал.
— Да, она не сразу всю сумму затребовала, — замялась женщина. — Сначала попросила пять золотых. Дорого, но терпимо… И говорит, Запретный лес загорелся. А за большее, плати ещё. За десять монет она добавила, что Запретный лес сгорел полностью. И я ведь понимаю, что это не всё, а она мол, информация стоит больше. Я ей еще десять монет отдала, а эта стерва говорит — Медвежий лес горит.