— От кого? — изумился я.
Умник только пожал плечами.
— У нас не принято задавать столь личные вопросы, — меланхолик уклонился от прямого ответа. — Заметь, от пожара и миграции стены бы спасли.
Когда мы проходили мимо ворот, стражники низко поклонились хозяину города Читальня. Умник прокомментировал, заметив мой интерес, что он редко покидает стены родного города, а личность он приметная.
Ипполит резко выделялся: утончённый, аккуратный, волосы безупречно уложены. Меня восхищала легкость, с которой он пользовался бытовыми заклинаниями. Представляю, какой огромный у него багаж заклинаний, и наверняка все они педантично доведены до совершенства.
Чайрана же казалось никто не замечал. Я подозрительно посмотрел на него.
— Отвод глаз, — ответил он на немой вопрос и добавил: — Научу.
Город шумел новостями. Прибыл странный корабль, кто-то видел Умника и Дэлу. Я заметил, как мальчишки метнулись вглубь города, завидев меня.
Двухэтажные каменные строения были выдержаны в едином стиле, за счет этого главная улица смотрелась строго и опрятно. Названия лавок были примерно одного размера, яркими отличительными признаками выделялись выступающие в бок кованные фасадные консоли. И не все из них мне были понятны.
Простые изображения сапога, тарелки с вилкой или книги наглядно объясняли суть. А вот о чём должен был поведать рисунок дома? Я спросил об этом Ипполита, и тот предложил зайти.
В лавке было несколько посетителей, но когда хозяин увидел высокопоставленного гостя, перепоручил других покупателей молодой помощнице.
— Чем могу быть полезен, господин Ипполит, — немолодой мужчина учтиво поклонился.
— Проведите небольшую экскурсию для моего любознательного друга, — отстранёно попросил хозяин города Читальня.
Мужчина с жаром рассказал о своих артефактах, остальные покупатели постепенно окружили нас. Отдельный интерес вызвали домашние помощники. Утилизатор для кухни, напольный пылесборник, датчики подогрева пола. Торговец похвастался домашними светильниками, которые не чадят. Продемонстрировал разные варианты исполнения домашнего очага и его походные версии. Указал на огромный выбор охранных заклинаний от воров, предупреждающих о посетителях, можно было даже оставить голосовое сообщение, если хозяина нет дома. И в конце хозяин лавки подвёл нас к большой витрине с яркой вывеской «Умный дом».
С особой гордостью мужчина продемонстрировал небольшой управляющий куб, под завязку заполненный заклинаниями. Умный дом был способен контролировать работу подключенных к нему артефактов. Искусственная экономка предупредит о том, что скоро закончатся продукты и составит список покупок, напомнит о распорядке дня, запланированных встречах, подогреет кровать, взбодрит слуг, щедро отсыпет похвал за достигнутые цели.
Мы возобновили прогулку по главной улице. Скал плёлся за нами, соблюдая дистанцию. Я с любопытством поглядывал по сторонам. Вдруг неподалёку противно каркнула ворона, и я развернулся, ища её глазами. В сторону от нас уходила еще одна улица, и в её глубине обнаружилась неприятная птица.
Она сидела на ветке дерева около высокой мрачной башни, которая не слишком вписывалась в концепцию благочестивого градостроительства.
Умник остановился рядом, заметив мой интерес к странному сооружению, своевольно возвышающемуся над городом. Пять? Или шесть этажей? Неестественно чёрный камень, глухие ставни. Строение завершала открытая смотровая площадка с фигурным парапетом.
— Это башня Затворника, — сообщил Ипполит.
— Разве он не живёт где-то между Пустошами и Запретным лесом? — искренне удивился я.
— Всё так, — меланхолично кивнул Умник. — Он как-то пришёл сюда и построил башню, Поликарпий пришёл в бешенство. Даже не знаю, бывает ли в ней Затворник… И в городе его не видели.
— На ней тоже отвод глаз, — сообщил Чайран. — Если бы ворона не каркнула, ты бы её не увидел.
Я посмотрел на знакомую ворону новым взглядом.
— Что ты знаешь о Затворнике? Разве его башня не где-то рядом с твоим городом?
Чайран сварливо вздохнул.
— Я пытался наладить с ним контакт, по-соседски, но он меня полностью проигнорировал, — тёмный эльф заскрипел зубами. — А потом еще и наказал меня за назойливость.
— Это как? — опередил меня Умник.