Лёг поздно, решившись перед сном снять кольцо и аккуратно подлатать себя. Не знал я, в каком объёме местные блюстители порядка могли магию смерти учуять. Но понадеялся, что скупой поток, пущенный вокруг тела, не засекут.
Сон был рваным и беспокойным. А наутро меня разбудил Василий, сообщив, что в гостиной дожидается посетитель.
Глава 19. Алчная хищница.
Наутро меня разбудил Василий, сообщив, что в гостиной дожидается посетитель.
Я подскочил мгновенно, наскоро умылся, привёл себя в порядок и спустился вниз, предчувствуя грядущие неприятности. Воображение уже рисовало мне хмурых военных или патрульных, заявившихся по мою душу. Ну, или мордоворотов от Маржинова, на крайний случай.
Но в гостиной мялся, сжимая в руках потрёпанную кепку, Тихон. Не того масштаба неприятности, конечно, что я навоображал, но радостного тоже мало.
— Здравствуй, Тихон. Садись, — я махнул рукой на диван, у которого Ольгуня споро сервировала крохотный столик для чаепития. — Какими судьбами?
— ВашБродь… Ваше сиятельство, Матвей Павлович, вы уж простите, что я посмел вас побеспокоить… — затянул шофёр, растеряв всю вчерашнюю удаль. — Дело тут такое…
— Да ты не мямли. Прямо говори, как есть. Денег тебе мало? Ещё дать? — я окинул суровым взглядом просителя, и тот вспыхнул, аж щеки краской залило.
— Да как вы могли подумать… Простите, Ваше Сиятельство… Я и вчерашнее вернуть могу…
— Не мямли.
— В общем, я работаю в конторе, занимающейся извозом. Ваши слуги арендовали там мобиль на неделю, вот меня к вам и приставили. Вчера только мобиль в гараж вернул, Летучие пожаловали. Что да как расспрашивали. Я как есть и сказал. Мол, велел молодой граф за мобилем Маржиновых погнаться. Мол, слуга его там. Мы и погнались. До западной окраины, а там уже граф велел заворачивать. Мол, раз у слуги делишки тёмные, то и пусть его один катается. Сказал, мол, злые вы были очень. Велели вас везти окольным путём, значит, Москву поглядеть. Потом в кабак велели, но по пути передумали. Так мы к темноте только к дому и добрались. А там глядь — слуга ваш, пьяный совсем. Обознались вы, значит, не он был в том мобиле. Ну, я завести его на чёрный ход помог, и уехал восвояси.
Я слушал, откровенно улыбаясь находчивости Тихона.
— Не поймали на лжи?
— Нет. И так выспрашивали, и эдак. Но я на своём стоял. Ещё по пути продумал, что говорить буду. Они и отстали. А наутро я в гараж, значит, мобиль приготовить, а меня начальник вызывает. Говорит, недовольны тобой наверху, Тихон Петрович. Не обессудь, но расчёт тебе положен. И шофёром не возьмут теперь нигде. А у меня семья-то большая. Деток трое. Старшая подрастать начала, под венец скоро, хоть на приданное какое набрать.
Я про себя подумал, что трое ребятишек — да разве ж это большая семья? В моём имении и по десятку бывало у крестьян. А, с другой стороны, когда еды маловато, так и детей куда рожать…
— Дам тебе денег, Тихон.
— Да не за этим я, Ваше Сиятельство. Я тут подумал… может, вам шофёр нужен? Мобиля у меня нет своего, конечно… На казённом работал… Я не за ради вчерашнего прошу, нет так нет. Человека спасали — дело святое. А коли требуется шофёр, так я бы пошёл…
— Мобилем так лихо управлять где научился?
Ольгуня налила чаю, но я не принял чашку, кивнув в сторону Тихона. Горничная нахмурилась, а шофёр так и вовсе побледнел:
— ВашБродь… Ваше Сиятельство, как можно, с благородным…
— Пей. В благодарность за помощь, — отмахнулся я, соображая, что этикет подучить бы надо. — Так где водить научился?
— Так я же в армии служил. Шофёром. В Летучем отряде. Там и научился. Магии у меня никакой, а к вождению способности всегда хорошие были. И по бездорожью умею, и по городу. Да только потом уволили меня. Без суда и следствия. Как Михаил Андреич Потапов погиб, так армию перетряхивать стали, финансирование урезали, сокращать начали… Маржиновская морда жир… прошу простить меня, Ваше Сиятельство. Так возьмёте? На службу?
— Возьму. Значит так, Тихон. Мы вчера дорожку Маржинову крупно перешли. И вряд ли он мне это спустит. Живёшь ты где?
— Так квартиру мы снимаем. Неподалёку от гаражей. Землицы-то нет у нас. Если бы в армии дослужил до конца, дали бы надел небольшой и домишко. А так… ни с чем ушёл.
Я поразмыслил с минуту и решился.
— Собирай семью, и сегодня же съезжайте. Возьми мобиль напрокат на моё имя, денег дам. Вези жену и ребятишек в Июневку. Знаешь, где это?
Кивок в ответ. Настороженный.
— Там управляющим Антип Макарыч. Я предупрежу, вас разместят. Сутки тебе даю на обустройство. Завтра утром чтобы здесь был.