То есть, такой же поводок, только малость подлиннее. Тем более непонятно, почему Охотниковых так лихо на плаху отправили.
— Значит, наша цель — не столько найти убийц Охотниковых, а изловить тех, кто промышляет магией смерти без государственного разрешения?
— Нет, Матвей. Всё гораздо сложнее, — вздохнула Анна и, наконец, притронулась к чаю. — Нам попалось всего несколько смертников. Но я уверена, что масштаб происходящего куда шире. И действуют неведомые враги организованно. Мы даже об Артели думали. Сведений о ней мало осталось, всё, что найдено, я прочла. Ничего мне это не дало. Но руководит смертниками кто-то хитрый. Кто-то, кто не заинтересован в сдерживании Гнили. Иначе уже давно очаги стабилизировали бы. Где они прячутся и почему, попадаясь нам, находятся в таком плачевном состоянии — вот в чём вопрос. Ну и кто собирает магов в обход короны. Я думаю, что речь идет о заговоре. Тринадцать лет назад переворот не удался, видать, собираются снова попробовать.
Я обдумывал услышанное. Где прячутся — понятно. Магу смерти проще всего в Гнили схорониться. Почему истощены и рассудком слабы — тоже понятно. Если они в Гнили живут подолгу, то она из них соки тянет. Но делиться объяснениями с Аннушкой я не спешил. Перебьётся.
Стоп.
— Переворот?!
— Ну да. В тысяча девятьсот семнадцатом. Ты разве не помнишь? А, конечно… Была попытка бунт поднять. В нескольких городах разом вспыхнули беспорядки с требованием к Его Императорскому Величеству отречься от престола. Выдвинули обвинения в неспособности закрыть Гниль, в нехватке еды и работы для населения, в несправедливом распределении ресурсов. Требовали отдать власть народу.
— А народ, как я понимаю, сплошь магией смерти владел? — интересный расклад. Чтобы подбить на бунт несколько городов нужны значительные силы. Это ж только со стороны просто — речи толкать. Там армия надобна…
— Нет, конечно. Маги смерти были зачинщиками. Они заварили кашу в городах. Большинство горожан в панику ударилось. А те, кто поддержал… скорее, отбросы.
— Охотниковы были среди бунтовщиков?
Анна отвела взгляд и вся будто сжалась.
— Ее Светлость Евлалия Степановна Охотникова с личным отрядом верных людей помогла обезвредить бунтовщиков в Москве. Там тяжелее всего пришлось. В прочих городах силами патрулей справились.
Вот так поворот! А её за это на плаху… Не вяжется что-то.
— Правильно ли я понимаю, что основные подозреваемые совпадают с теми, кого назвал мне Антип? Маржинов, министр финансов, Прытников или дочурка его, которые торговлей ведают, и министр транспорта, Колесов?
— И Охотникова Евлалия Степановна, — тихо закончила Анна. — Её исключить тоже нельзя.
— Даже после помощи Государю Императору в подавлении бунта? Даже после смерти?
— Мага смерти высокого уровня? Особенно после смерти. Поэтому ты и под подозрением, Матвей. В смысле, Матвей Павлович.
— Я понял. Копать в имении и общаться с подозреваемыми. И твареву Гниль как-то стабилизировать надо. Но чтобы никто не пронюхал, правильно?
Аннушка отмахнулась.
— Сосредоточься на первых двух задачах. Гниль подождёт.
Я нехорошо усмехнулся, но спорить не стал. С бабой препираться — последнее дело. Только до головной боли и договоришься. Ты права, любезная моя Аннушка, конечно, права. А как действовать я стану — это уже дело моё.
Там видно будет.
Утром я по скорофону связался с Антипом.
— Слушаю, Ваше Сиятельство!
— Не один?
— Один. Но лучше поостеречься.
— Ясно. Надеюсь, сегодня буду. Подготовь всё, придётся прогуляться. Сырьё нужно срочно.
— Все исполним в лучшем виде, Ваше Сиятельство. Постарайтесь не припоздниться, совсем затемно тяжело выходить будет.
— Постараюсь. Семью шофёра нормально устроил?
— Всё как вы велели, Матвей Павлович. На окраине деревни. С двух сторон дома верных людей. У них жёнки такие — весь Тайный Сыск вдвоём обставят. Так что ни шороху мимо не проскользнёт, Матвей Палыч. Если его к Вам приставили, где-нибудь, да проколется.
— Спасибо, Антип. Тогда за ночь обернёмся, а там я…
— За ночь? Скоры вы, Ваше Сиятельство. Григория вашего на ночь чайком особым попотчуем. А там люди отвлекать будут. Скажем, загуляли вы, Матвей Палыч, с девкой. На пару дней хватит.
— Пара дней?! Антип, у нас столько нет!
— А твари тоже у Грани с сырьём в зубах не выстраиваются. Ваше Сиятельство.
Собирался я быстро, торопился. Но, едва вышел из дома к поданному Тихоном арендованному мобилю, как рядом затормозил второй. Громоздкий, словно ржаная буханка. Из распахнувшихся с лязгом дверец высыпало пятеро дюжих молодцев. Не в форме, значит, не Летучие.