Приблизился Гришка и подал кружку с одуряюще ароматным варевом.
— Вот, Ваше Сиятельство, выпейте. Дуняша готовила. Хотя, конечно, я после ночного приключения, её остерегаюсь.
По горлу разлилось обжигающее тепло. Усталость уходила.
— Последний рейс, Матвей Павлович, — тускло проговорил Антип, опускаясь рядом и благодарно принимая из рук Гришки вторую кружку. — Сейчас уже ночь почти. Под покровом темноты перетаскаем через Грань в ангар. Люди предупреждены, охрана выставлена, никто близко не подберётся. Завтрева закончим к Грани перевозить и отпустим вас. Появитесь в имении. Через Грань я ужо сам ночью доделаю.
— Один?
— Природники подстрахуют, — отмахнулся Антип. — Вам надолго пропадать тоже нельзя. Если вдруг случится что, по тревоге придёте.
Я кивнул и, с трудом поднявшись, отошёл в сторону, разглядывая раскуроченное паучье гнездо. Да, тяжело нам даются ресурсы… Надо думать, где ещё магов смерти добыть. Вдвоём мы тут по уши закопаемся, и Тайный Сыск может лесом идти.
Дуняша неслышно подошла сзади, обняла за плечи и жарко выдохнула в ухо:
— Ребёночка, граф, мне сделай…
— Что?! — я чуть кружку не выронил. Отвар выплеснулся на руку, обжигая пальцы.
— Ребёночка… — прошептала Дуняша.
Глава 27. Игрушечный заговор.
— Ребёночка… — прошептала Дуняша.
Я отстранился, тряся обожжённой ладонью. Нет, в пацанских грёзах мне, конечно, мечталось, что все окружающие девки начнут гроздьями в мою койку валиться… И не сказать, что мечты не сбылись. Но прежде во мне видели богатого помещика, сильного мага, лучшего разведчика Артели… Да просто нормального зрелого мужика. А здесь?.. Сопливый юнец, опальный граф с хвостом проблем и подозрений, возможно, богатый, но… Что ж на меня так все вешаются?
— Дуня, — строго сказал я, глядя в затянутые поволокой глаза, — зачем тебе ребёночек?
— Ну как, зачем? — удивилась та. Аж глаза прояснились. — Мне годков-то уже много. Дитятко хочу.
— Ну так и иди замуж! Зачем тебе байстрючонок-то? И так отказа ни в чём не знаешь, живёшь как сыр в масле.
Дуняша уставилась на меня во все глаза и расхохоталась заливисто.
— Ох и дурной ты, граф… Зачем мне замуж? На селе ни одного смертника нет. Только ты. Не с Антипом же мне любиться, в самом деле! Родная же кровь!
И тут до меня дошло.
— Ты мага смерти родить хочешь, что ли?
— Хочу, — жёстко сказала Дуня, разом посуровев. — И сына хочу. И дочку. На шею вешаться не стану, без надобности мне оно. Велишь замуж выйти за кого — выйду. Но рожать от тебя стану. Мы оба одной магии. Нельзя нам никак без потомства, граф.
— Ты за этим ко мне в койку полезла? — открытие отозвалось горечью. Раскатал губу на собственную неотразимость, а оно вон как.
Дуня кивнула.
— Что, не люба оказалась? Не хороша?
— Да хороша, — протянул я, хотя ни черта не помнил из общей ночи. Но тоска в девичьем взгляде легко подбивала на ложь. — Антип как на это посмотрит?
Разумеется, мне, по большому счёту, дела до мнения Антипа быть не должно. Но раздор в команде к добру не приведёт.
— Хорошо посмотрит, — ласково улыбнулась Дуняша. — Благостно. Он — маг смерти. И он ваш слуга, Ваше Сиятельство.
Ох и хитра лиса. На вид простая да полоумная, а котелок у бабёнки варит. Вон как мной крутить пытается. Хотя, пришлось признать, что логика в её словах есть. Заделать наследничка да с моей магией…
— Дуняша, расскажи про себя, — попросил я, усаживаясь на влажную траву. Хотелось вытянуть ноги и спину расслабить. А лучше лечь и продрыхнуть дня три, что медведь в спячке.
— Да что мне про себя рассказывать, граф, — она уселась рядом и осторожно примостила голову на плече. — Родились мы с Антипкой магами. Братец старшой у меня. И магия у него рано проявилась. В тринадцать лет его ПалЛяксаныч к себе забрал, обучать. К пятнадцати ЛяльСтепанна магию прочуяла. А у меня тремя годками после проявилась. Тут уж ЛяльСтепанна меня и схоронила.
— Зачем?!
— Чтобы не забрали, — слегка пожала плечами Дуняша и тут же прижалась крепче.
— Кто? Кто должен был тебя забрать, Дуня?
— Ну, те. Другие маги.
— Матвей Палыч! — окликнул от мобилей Антип. — Пора. Погрузили.
Я с сожалением отстранился от Дуняши и потрусил к мобилю. Нас ждала плотная работа по переброске грузов в ангар. Как бы ни хотелось продолжить разговор, но партия сырья для мотков сама себя не приготовит.