— А-ай, — вскрикнул Кахан, — ну ладно, птичка не за миг гнездо вьёт. Пойдём домой.
Всё это очень меня расстраивает, ничего не получается. Хорошо, что с магией получилось хоть как-то. Я чувствовал вину перед учителем за свою бесталанность. Ладно бы прогресс был, а так я только валяюсь в снегу и мажу. Да и новая руна не поддаётся, будто руки меня не слушаются.
Мы поели и легли спать. Но меня всё никак не отпускал шест, который стоит в углу комнаты и сквозь лунный свет будто насмехается надо мной. Я ворочался, старался уснуть, но всё таки сорвался — оделся, взял шест и ушёл в лес. С помощью двух средних пальцев и одного большого мне удалось создать светлячка, освещающего небольшой участок леса и остановить его около большой ели, которая будет служить манекеном. Второй средний палец используется, чтобы поддерживать заклинание и не держать пальцы всегда в руне, так у меня свободны руки, но существование светлячка высасывает ману. Я крепко ухватился за шест и принялся методично, медленно выводить каждое движение, не касаясь дерева оружием, не спеша старался попробовать удары в разных позициях.
Так прошло около часа. Я изрядно вымотался ещё из-за того, что светлячок требует моих сил. Наконец успокоившись, меня начало клонить в сон и я ушёл спать…
Уже больше месяца я нахожусь у Кахана. Ночные тренировки приносят свои плоды. Я хоть и не могу дать отпор учителю и оказываюсь на снегу, но уже уверенно держу шест и двигаюсь более осмысленно. В сегодняшней схватке решил использовать магию. Пока Кахан пытался подобраться ко мне, я сложил ударную руну и мощный толчок из руки, сметая снег, сбил старика с ног. Таким заклинанием можно сдвинуть шкаф с места или отправить человека в короткий полёт. Пока Кахан потерял равновесие, я взмахнул шестом, пытаясь ударить. Но учитель как-то оказался у меня за спиной и ударил слабеньким щелбаном в затылок.
— Пуньк, — насмехался старик.
— Эх, — я огорчённо вздохнул и развернулся к нему, — шансы были.
— Ты молодец, у тебя сильная ударная руна, — он отошёл, сложил ударную руну, зачем-то используя мизинец, нагнулся к земле и продолжил, — я даже тебе руку пожму.
Кахан протянул руку. Странно, что толчка не было, хотя он сложил руну. Может просто энергию не направил? Я настороженно подходил к нему, но последний шаг оказался ошибкой. Меня вместе с сугробом подкинуло ввысь метров на пять. Извиваясь в воздухе, как кошка, я шмякнулся на землю. Это было безболезненно из-за гашения, но неприятно.
— Что?! — воскликнул я, вытирая снег с лица.
— Ха-ха-ха, как ты только смог повестись на такое? Ой, — сдерживая смех продолжил Кахан, — с помощью мизинца можно мыслями приказывать руне определенный список действий. Построить дом она, конечно, не сможет, но зато оставаться на определённом месте, двигаться сгустком энергии до приказа сработать и тому подобное. Тебе ещё многому предстоит научиться, — учитель закончил и подал мне руку, помогая встать.
Я попытался взять его за руку, но он отдёрнул её, громко засмеялся и пошёл к дому.
— Пожму тебе руку, когда сможешь меня победить, хи-хи.
Я ухмыльнулся, встал, отряхиваясь, и тоже зашагал к дому.
За ужином я всё таки решил спросить о том, что терзает меня ночами:
— Учитель, а что я буду делать, когда покину ваш дом? Меня ведь не навсегда здесь устроили?
— Когда будешь достаточно сильным, чтобы дать в морду, — задорно ответил старик.
— А без этого никак?..
— Эх… Послушай, — он заговорил таком серьёзным и спокойным тоном, которого я никогда прежде не слышал, — ты особенный. У тебя очень редкое созвездие, у тебя ярко-красные глаза, как у эра, и ещё лицо изуродовано. Конечно будут люди, которые будут желать зла, которые захотят тебя захватить и забрать твоё созвездие себе, а даже если ты пересечёшься с Джелен, то она в лучшем случае не станет тебя защищать. Ты должен быть готов ко всему… Я за свою жизнь сделал мало хорошего, пусть хотя бы буду ответственным за то, чтобы ты прожил долгую счастливую жизнь вместо меня…
— …
— Тем более, — весело продолжал Кахан, — мне в моём заточении совсем скучно, а ты смешной парнишка, хоть какая-то компания. Меня так забавляло, когда ты прибегал ко мне и показывал руну, которую я знаю уже больше сотни лет, ха-ха-ха.
Сквозь дрожь на губах и стекающую слезу я посмеялся. Я много чего не знаю и не понимаю, но уверен, что этому старику можно верить. Всё время он только мог смеяться надо мной, но сейчас сказал такие сильные слова, что меня тронуло. Учитель встал, стукнул меня ложкой по макушке и прошёл мимо со словами: