— Господина?! — голос Гуннара зазвучал ещё громче, чем прежде, хотя, казалось бы, это было уже невозможно. — За кого ты вообще меня принимаешь?
— За дорогого друга, конечно же, — мгновенно ответил Кили.
— Мои воины тоже были тебе друзьями?! — выпалил Гуннар. — И поэтому ты заманил их в логово к Тенекрысу? Ни один из них не вернулся из вылазки!
— Это больше говорит о качестве людей Декстера, — спокойно произнёс Кили, — чем о том, что кто-то решил вмешаться в ваши планы. Тебе стоит лучше выбирать союзников, не находишь?
Кили держался уверенно. Он крепко стоял на ногах, его спина была прямой, а голос звучал так, словно перед ним был не варвар седьмого уровня, а какой-то пацан. Хотя зеваки и начали расступаться, некоторые из них не уходили на далекое расстояние и держали руки в карманах или под одеждой. Вероятно, это были люди Кили.
— Х-а-а-а-а, — Гуннар тяжело выдохнул, выпуская воздух, как закипающий чайник. — Ты всегда был проблемой, Кили. Но сейчас ты перешёл черту.
— Мы каждый день пересекаем одни черты и рисуем другие, — философски подметил Кили. — Одной больше, одной меньше…
Речь он вёл совсем не про художество. Гуннар тоже это понял и буквально взорвался.
— Я бросаю тебе вызов, — прорычал он. — На поединок. По законам лагеря.
Я покрепче сжал деревянный колышек, который продолжал держать в руке. Неясно, что означает поединок в контексте лагеря и насколько он будет смертельным. Кроме того, я не уверен, насколько Кили силён в бою. Он однозначно хитёр и умён, но вот чтобы сразиться с кем-то один на один…
Кили ответил не сразу. Его взгляд скользнул по лицам воинов напротив, а затем по тем немногим людям, которые всё ещё оставались близко к разборкам. Впрочем, даже те, кто предпочёл отойти на некоторое отдаление от перепалки продолжали слушать, что именно обсуждают Гуннар и Кили.
— Это лично твоя инициатива? — спросил Кили. — Или указание от Декстера?
Декстера упоминали уже не раз. Похоже, он был главой ещё одной фракции, которая противостоит Кили. Вопрос в том, сколько было этих фракций в лагере всего.
— Это моё дело! — рявкнул Гуннар. — И я лично тебе ноги оторву. Принимай вызов или сдавайся, как трус.
— Сдаться, как трус? — Кили мягко рассмеялся. Его смех звучал совсем не так, как совсем недавно в палатке. — О, дорогой друг! Ты знатно меня рассмешил. Хорошо. Я приму твой вызов. Но…
Кили сделал паузу. В воздухе повисло напряжение. Гуннар сжал кулаки так, что казалось, его костяшки вот-вот побелеют. Его лицо было всё так же перекошено, а в глазах играла уверенность. Казалось, что люди вокруг больше не дышали, боясь взорвать эту пороховую бочку.
— Я предлагаю сделать вызов интереснее, — наконец нарушил тишину Кили. — Три поединка. Ты выставляешь двух бойцов. Если хотя бы один из них выиграет, я выйду на третий бой с тобой лично. Согласен?
— По рукам! — тут же выпалил Гуннар. — Мой выбор: Торн и Ильгер. Выставляй своих людей и готовься встретиться со мной.
— Мне всегда импонировала твоя уверенность в себе, дорогой друг, — хотя я не видел выражения лица Кили, судя по его голосу, он улыбался. — Я обсужу со своими компаньонами порядок боёв. Вернусь через минуту.
Слова Кили звучали буквально издевательски, и Гуннар был готов снова взорваться, но Кили быстро развернулся и зашагал в мою сторону. Ласка последовала за ним, а оставшиеся бойцы остались стоять перед группой Гуннара.
Я быстрым взглядом проверил статусы бойцов Гуннара и тут же обнаружил тех, кого он собирался выставить против Кили.
[Торн Угрюмый (Уровень 3, Воин)
Состояние: расстроен
Опирается в бою на силу (9) и телосложение (6)]
— Да мне вообще плевать, кого ты там выставишь, — бросил Гуннар, пока я переводил взгляд на второго бойца. — Ты сам себя закопаешь, сукин сын. А лопата-то у меня…
[Ильгер (Уровень 7, Вор)
Состояние: в предвкушении
Опирается в бою на ловкость (11)]
Кили лишь махнул рукой на слова Гуннара, как на назойливую муху, и вместе с Лаской подошёл ко мне. Он указал рукой на вход в палатку и произнёс:
— Предлагаю вернуться к нашему разговору.
— Хорошо, Кили, — ответил я. — Закончим наш разговор.
Его глаза вновь сверкнули, и мы скрылись от посторонних глаз и ушей внутри палатки. Ласка всё так же стояла у входа, а мы отошли ближе к центру палатки, но уже не садились за стол.
— Ну что же … — сказал Кили. — Похоже, нас сегодня ждёт настоящий праздник.