— Вышло забавно, — протянул Кили, лениво потягиваясь на ступеньке. — Но в этом нашей заслуги нет.
— Если спросишь меня, — вступил в обсуждение поединков Франк, — важно то, насколько честными были бои. Какого уровня бойцы дрались?
— С нашей стороны были Торн и Ильгер, — произнес Берг. — Это всё, что я могу сказать.
— С нашей стороны были я и Ласка, — решил скопировать ответ Берга я. — Это всё, что могу сказать я.
Берг в очередной раз тяжело выдохнул, а его глаз едва заметно дернулся.
— Были ли какие-то условия уговора, кроме тех, что вели к поединку Гуннара и Кили? — уточнил Болтон.
— Нет, — ответил я.
В этот момент мой желудок протяжно заурчал и я понял, что вообще ничего не ел с раннего утра, когда я в последний раз останавливался на привал с отрядом Сибиллы. Было чувство, что прошла уже целая неделя, а не один день. Но судя по разворачивающимся вокруг событиям, перерыва на перекус в ближайшее время не намечалось.
— Значит, убийство наших людей останется безнаказанным? — спросил Берг, поправляя усы.
С каждым словом его рука всё крепче сжималась в кулак. Казалось, что ещё немного и его кости затрещат.
— Слушай, я тебя не знаю, Берг, — ответил на его вопрос я, — но не нужно строить из себя жертву. Гуннар громче всех кричал, как оторвёт Кили голову. Он решил пролить кровь. А теперь ты жалуешься на то, чем обернулся его выбор?
Берг молчал. Кажется, у него не было аргументов, которые могли бы убедить Болтона или Франка. А у его людей, как и у наших, пока не было сил на новую эмоциональную вспышку.
— Не тебе говорить об этом, — всё-таки Берг ответил. — Вы разобрали трофеи с Ильгера, словно с монстра, а его тело оставили валяться на арене…
— Ну, вообще-то его бросил Гуннар, — негромко проговорил я, но это не остановило тираду Берга.
— …И ты ещё имеешь наглость повесить его меч себе на пояс! Я требую вернуть меч Декстеру, как законному владельцу.
— Берг, старина, — по-отечески обратился к нему Болтон, — у тебя нет права от нас что-то требовать.
За мягкими словами и плавными жестами скрывался суровый взгляд человека, который имел реальную власть среди нейтралов.
— Во-первых, сейчас меч снаружи, а это просто ножны, — спокойно произнёс я. — Но ты всегда можешь попытаться вернуть меч Ильгера себе. Если не боишься, что поранишься.
— Ха-ха-ха.
Берг глухо рассмеялся и погладил свои усы. Но когда он посмотрел на меня, в его глазах не было ни капли веселья.
— Не сомневайся, мальчик. Мы вернём назад этот меч.
В ход пошли угрозы. Я же лишь отсалютовал Бергу. С каждым словом столкновение казалось мне все более неизбежным, как бы не пытался сгладить углы Болтон. А значит, у меня еще будет шанс сразиться с Бергом или его людьми. Надеюсь, что до этого момента успею поднабрать пару уровней.
— Ну, если на этом всё… — довольно протянул Кили, с которого, кажется, сняли уже два обвинения.
Ром рядом с ним громко хмыкнул и отхлебнул мутный напиток из глиняной кружки, стоявшей на ступеньке рядом с ним.
— Ты ничего не забыл, Болтон? — раздался спокойный, холодный вопрос Декстера.
По залу пронёсся сдержанный гул. Хотя Декстер обращался не к Кили, довольную улыбку на его лице сменила уже не столь уверенная ухмылка.
Болтон тяжело вздохнул и кивнул.
— Что ж… Закон есть закон. Сигурд, приготовь Камень Голосования.
Сигурд вышел на центр площадки. В его руках был небольшой шершавый камень с выбитым на нем знаком весов. Он положил его на землю, и знак слабо засветился синим светом.
[Активирован «Суд Сената». Для вынесения вердикта требуется большинство голосов]
— Фракции голосуют по очереди, — объявил Болтон. — Подходите и касайтесь Камня, вкладывая в него свою волю. Система зафиксирует ваш голос. Начинаем с фракции Декстера.
Один за другим люди Декстера подходили к камню, ненадолго задерживая над ним ладонь. С каждым прикосновением камень вспыхивал коротким алым светом.
[Голос учтен: виновен]
[Голос учтен: виновен]
Сообщения повторялись двенадцать раз. Тринадцатым к Камню подошел Декстер. Он задержал ладонь над камнем и, глядя прямо в глаза вмиг посмурневшего Кили, произнес:
— Виновен!
Тринадцать к нулю. Фракция Декстера была единогласна в своем решении.
Люди Кили подходили к Камню уверенно. И на каждый их голос знак весов отвечал им слабым белым сиянием.
[Голос учтен: невиновен]