После собрания, на котором фактически произошло объявление войны между фракциями, мы обсуждаем… бобы.
— Любимая еда? — сложившуюся паузу вновь нарушил голос Декстера.
Его вопрос был простым. Бытовым.
— Что угодно, если там есть мясо, — без колебаний ответил я. — А соль я с детства почти не ел. Отец всегда говорил, что это белая смерть. Да и достать её было сложно.
В этот раз Декстер удостоил мой ответ коротким кивком. В реалиях Варны и окружавших ее с разных сторон деревень специи, включая соль или перец, достать было очень сложно. Впрочем, не у всех она была на столах и во времена наших тестов до отката версии Системы на 0.1.
Мы преодолели уже значительное расстояние и приближались к центру лагеря. Туда, где полноправным правителем был Декстер.
Сидевшие около одного из костров люди были неплохо вооружены. Они быстро подскочили с мест и поклонились Декстеру, когда тот проходил мимо. Но Декстер лишь махнул им рукой, разрешая вернуться к своим занятиям.
— Завидую я вам, молодым, — абсолютно серьёзно произнёс хозяин лагеря. — Я уже не в том возрасте, чтобы посидеть у костра под вино и бренчание лютни…
— Последний раз, когда я пил алкоголь у костра, меня сначала наполовину съела гиена, а потом почти сожрали пустынные черви, — тоже обыденно произнес я, раз уж мы сейчас общались на такой короткой ноге. — А петь мне вообще отказались.
— Даже так…
Декстер был немногословен. Мне показалось, что на моей последней фразе в его голосе проскользнула улыбка. Впрочем, его лицо радости или веселья не выражало.
Мы наконец подошли к самому центру лагеря. Он был огражден грубо сложенными баррикадами. А внутри находились ровные ряды одноцветных шатров. В самом центре своеобразного укрепления располагалась широкая длинная деревянная изба.
В этом месте не было постороннего шума, только тихое движение людей, каждый из которых приветствовал Декстера. Кто-то кивком головы, кто-то коротким поклоном.
Но все они были заняты делом. Часть точила оружие, другая разбирала снаряжение, третья наставляла ящики и мешки друг на друга, формируя новые элементы баррикады. Центр лагеря начали укреплять давно. С самого начала собрания, а возможно, еще до начала наших поединков с людьми Гуннара.
Декстер и его люди явно не сидели сложа руки. Они готовили свою территорию к обороне, а людей — к наступлению.
Я обратил внимание, что снаряжение у фракции Декстера было получше, чем у сторонников Кили. Здесь хватало коротких мечей, копий и топоров, хотя были и те, кто носил дубинки или длинные палки.
Также достаточно людей было и в кожаных куртках или самодельной броне. А некоторые из особо матёрых воинов носили толстые гамбезоны с железными вставками.
Декстер немного ускорил свой прогулочный шаг и вышел вперёд, но двигался всё так же размеренно и уверенно, будто каждый его шаг сам по себе задавал ритм происходящему вокруг.
Наконец мы подошли ко входу в избу, который охраняли двое здоровых молодцев в кольчугах. Они не выглядели расслабленными, как стражи у Кили, где люди подшучивали друг над другом и держали оружие небрежно.
Эти двое стояли молча с одинаково холодными лицами. Их сапоги были начищены, копья держали строго вертикально, как будто для них не было важнее ничего, чем показать всем остальным: вот здесь начинается власть Декстера, и лишний шаг будет стоить жизни.
[Воин, уровень 6]
[Воин, уровень 5]
Система оповестила меня об уровнях стоявших у входа воинов, но я не стал тратить силы и запоминать их имена. Сопровождавшие нас по пути воины Декстера остались позади. Берга тоже не было нигде видно.
Декстер скинул накидку, не сбавляя шаг и даже толком на них не посмотрев. Стражи слегка склонили головы и чуть посторонились. Я поднялся по крепкому деревянному крыльцу, чувствуя, как две пары глаз буквально прожигают мне спину. После того как Декстер открыл дверь, а я зашёл за ним следом, он остановился и произнёс:
— Здесь у нас принято снимать обувь.
Он сказал это ровно, будто бы речь шла о чём-то столь же естественном, как разговор о еде или о погоде.
Я сначала даже не понял и на мгновение замялся. У местных разве принято снимать обувь? Затем я скосил взгляд вниз и заметил, что у стены аккуратно стояло несколько пар сапог, мужские тяжёлые ботинки, а рядом с ними изящные женские сандалии с тонкими ремешками. Они сильно выбивались из общей обстановки.
Я машинально перевёл взгляд на Декстера. Он уже наклонился и развязал ремни своих сапог. Всё спокойно, без показной медлительности, но и без суеты. Он поставил их рядом и шагнул на ковёр, уходящий в глубь избы.