Люди выглядели тощими и голодными. На их лицах читалась не только усталость, но и раздраженность. Я не стану отбирать у кого-то из них порцию. У меня на месте руки и ноги, чтобы заработать себе реалов на еду. Но тихие разговоры между собой — отличный способ узнать чуть больше об обстановке на стороне Декстера.
Я подошёл и пристроился в очередь в самом конце, навостряя уши.
— Не хватит. Опять не хватит… — тихо лепетал тощий старичок в конце очереди.
— Нехай было между собой собачиться, — проворчал мужик с обверетенным лицом. — А то сгорело всё к чертовой матери, пока Гуннар языком чесал. Половину небось его же люди растащили.
— Тихо ты! — шикнула на него женщина. — А если услышат?
— А я что, молчать должен? — продолжал настаивать на своём мужик. — Дак когда моего сына утащили неделю назад, никто из них не дергался. Кили их рукой поманил, так сразу побежали. А если кого и на этой неделе утащат…
От разговора меня отвлекло шипение где-то впереди. Я повернул голову и увидел, как один из бедняков получил порцию еды прямо в руки. Кажется, ответ на один из вопросов я получил.
Едой была похлебка из бобов, про которые совсем недавно мне рассказывал Декстер. Бедняк едва успел отойти от очереди, как тут же начал жадно поглощать пищу, не обращая внимания на жар.
— Болтон давеча приехал, — выхватил я краем уха разговор другой парочки. — Может, хоть соли добавят в этот раз?
— Ага, как же. Ещё и мяска подкинут, держи рот шире…
Очередь двигалась медленно. Я успел насчитать едва ли десяток человек, которые получили еду, когда очередь встала.
Со стороны кухни раздался громкий звон. Высокий мужичок, разливающий бобы, стучал черпаком по котлу. Люди вокруг меня тут же засуетились и загомонили.
— Не может быть…
— Опять.
— В этот раз совсем мало дали…
Я невольно поморщился и вышел из очереди. Некоторые стоявшие в ней мужики выглядели вполне здоровыми. Как будто не было в лагере для них работы, чтобы получить пару реалов на дешёвую похлёбку. И всё же сейчас вместе со стариками и женщинами они роптали и ожидали подачки со стороны Декстера. Даже желания стоять с такими в одном ряду нет.
Часть людей подступила поближе к кухне, и воины начали их расталкивать, хватаясь за оружие. Я не стал досматривать эту сцену. Молча развернулся и двинулся вглубь лагеря. Нужно найти колодец и привести себя в порядок.
Я немного поплутал между палаток и шатров. Говорить с кем-то не хотелось. Настроение было откровенно поганое. Колодец оказался недалеко. Я заметил его случайно, разглядев навес из плотной ткани и пару охранников, которые стояли рядом с ним.
Между ними суетился молодой паренек с длинными руками и вытянутым лицом. он осторожно поднимал ведро, переливая воду в большие бочки.
Я подошёл поближе, пытаясь разобраться, зачем вся эта возня. А потом сообразил. Они охраняют воду не от воришек. От того, чтобы никто не смог её отравить или испортить. Зная Кили, с него станется бросить в колодец какое-нибудь гнильё или яд.
— Доброе утро! — я подошёл поближе к колодцу и поздоровался с пареньком. — Водичкой меня окатишь?
— А чего б не окатить, — задорно ответил тот.
Пока я снимал рубаху, жилет и бросал на землю вещи, паренёк успел достать ещё одно ведро с водой и подошёл ко мне.
Я заметил пару косых взглядов стражников. Видимо, бой с гиенами в Пустоши не прошёл для меня без последствий. Но вопросов по поводу затягивающихся ран они задавать не стали. Через несколько секунд я почувствовал, как мне в лицо прилетело холодной воды. По телу побежали мурашки.
— Ещё! — выпалил я, растирая себя руками.
Меня облили водой ещё несколько раз, пока я не почувствовал, что достаточно отмылся.
— Спасибо, — бросил я парню, который вернулся к колодцу.
— Да чего уж тут, — пробормотал паренёк, снова налегая на лебёдку.
Я отошёл, пропуская дородную женщину, нёсшую в руках два больших ведра. Затем оделся и понял, что в следующем пункте моего плана должны быть или еда, или сон.
Я окинул взглядом свою многострадальную рубаху — правый рукав был в дырах из-за сражений в Пустоши. Одежду бы тоже не мешало поменять. С этой мыслью я облачился в рубаху и жилет, поудобнее затянул ножны и двинулся в сторону от колодца.
Через несколько минут я понял, что пошел по новому пути и не узнаю, как мне вернуться к избе Декстера. Я прошёл мимо одной баррикады, потом другой. Людей становилось всё меньше, пока наконец их не осталось вовсе. А затем я разглядел перед собой яркий ориентир.
На одной из баррикад сидела Инесса. Просто сидела: нога на ногу, руки на коленях. Она молча смотрела в сторону горизонта, где небо уже вовсю посветлело. На секунду я даже подумал, что ошибся, и это не она. Слишком спокойная, слишком тихая. Впрочем, когда я подошёл, сомнений не осталось. Это была огненная волшебница.