— Мой постой пока окончен.
Я поднялся на ноги, поправил ножны, не снимая которых вчера завалился спать.
— Ждём тебя в гости снова, — выпалил коренастый мужичок, а его улыбка стала ещё шире.
— Вот это сервис, — пробормотал я и тяжелым шагом вывалился наружу.
Было ощущение, словно ночью я спал не на жёстком одеяле, а меня катали в бочке по булыжной мостовой. Голова гудит, тело ломит, и вместо отдыха тупая усталость в каждой мышце. Глаза открываются с трудом, как после непрерывной пьянки.
— Двадцать два часа, — констатировал я.
И лениво потянулся, разминая мышцы.
Охранник ночлежки не знал, насколько он прав, говоря о том, что время вышло. Но вышло время на подготовку, а не на саму охоту. Потому что если я что-то и знал о Тенекрысах, так это то, что они охотятся ночью, а днём не вылезают из своих нор. Соваться в которую я не намерен. Мне ещё пожить хотелось.
Я широко зевнул и медленно двинулся в сторону рынка. В голове мелькали разные идеи того, как можно прикончить монстра, но я никак не мог ухватить ни одну из них за хвост. Поэтому было принято волевое решение сначала поесть, а потом уже формировать план.
Рынок встретил меня кислым запахом с примесью дыма, прогорклого жира и чего-то железного, как будто где-то прямо тут точили ножи. Их и вправду точили: за одним из шатров вертелся точильный круг, на педали которого сидел паренёк с выгоревшей от солнца головой.
— Не, три реала это перебор…
— Так я же прошу четыре.
— Ну, два так два, забираю!
Где-то рядом звучали голоса умело торгующихся людей. В целом народу было меньше, чем вчера, но и пустоты не чувствовалось. Деревянные ящики стояли прямо в проходах, подпирая друг друга. На некоторых из них были выжженные клейма. Это, видимо, и есть товары, которые привёз Болтон.
Я прошёлся мимо одной-двух палаток, в которых на свет выставили всё, что можно было продать: грубую ткань толщиной в палец, мотки пеньки, связки сушёных трав.
— Заходи, подходи и выбирай!
Громко зазывала дородная хозяйка палатки, раскладывающая на прилавке крошечные мешочки с солью.
Я прошёл мимо. Рядом стояла палатка, в которой на громадных крюках были подвешены тушки животных. Судя по очертаниям, это были здоровенные дикие крысы из Пустоши. Вроде тех, что я прикончил в самом начале своего пути.
— Да двенадцать — это грабёж средь бела дня!
— Да ты посмотри, сколько тут мяса…
У этой палатки было немноголюдно. Только один наёмник с коротким мечом на поясе торговался за тушку крысы.
— А за мелкую сколько?
— Меньше десяти не отдам, а то разорюсь.
Я хмыкнул и почувствовал знакомый запах густой вязкой похлёбки. На краю узкой площади расположилась такая же походная кухня, которую я вчера видел рядом с избой Декстера. У котла половником орудовал высокий худощавый повар. Но теперь его охраняли двое других воинов.
Рядом с длинным столом стояло несколько ящиков с клеймом. Интересно, что в них?
Я двинулся к кухне, но мой взгляд зацепился за товары на другом прилавке. На нём был разный скарб: гнутые гвозди, грубо оструганные ложки, несколько пузатых кувшинчиков. Моё внимание привлекли факелы, несколько походных мешков и запах жира.
— Подходи, подходи, уважаемый клиент. Чего желаешь?
Низенький торговец с ощутимо выпирающим пузом встретил меня дружелюбным вопросом. Этот своего не упустит.
— Гвозди почём? — с интересом спросил я.
— Для тебя… два за охапку, — убедительно произнёс торговец и поднял связку гвоздей с прилавка.
Часть была погнута, у некоторых были обломаны шляпки. Качество было откровенно посредственное.
— Для меня за два… — протянул я, разглядывая гвозди. — А другим за один отдашь?
— Упаси меня старые боги! — с искренне ошарашенным лицом выпалил торговец. — Остальным только за три.
Ему бы не торговлей заниматься, а выступать в бродячем цирке.
Я ещё несколько секунд покачал головой для вида, просматривая на гвозди, а затем перевёл взгляд в сторону пузатых кувшинчиков.
— А тут чего?
— О, дружище… — торговец бросил гвозди и теперь поднёс ко мне один из кувшинчиков. — Тут лучшее масло на окраинах Пустоши. Если отправляешься в долгую дорогу, так обязательно возьми с собой один… нет, два кувшина!
— А, масло… — разочарованно выдохнул я. — Да не надо особо.
— Ты многое теряешь, — продолжал заверять меня торговец.
— Ну и сколько я теряю, если не возьму кувшинчик? — прищурился я.
— Десять реалов.
— Да за десять реалов я не возьму себе тушку мяса, — отмахнулся я. — А факелы почём?