Артем сел к компьютеру, пощелкал кнопками мыши. Колонки гулко завибрировали, наполнив комнату плотным саундом икон индастриала KMFDM. Композиция со свежего альбома была посвящена, кажется, теме джихада. Артем, как заправский барабанщик, принялся выбивать ритм, легонько ударяя указательными пальцами по кромке стола.
– В «Орландине» сегодня мероприятие под названием «Ночь Альтернативы», – через некоторое время произнес он, обращаясь к Матвею. – Пойдем?
– Это типа хардкор и угар до самого открытия метро?
– Это типа пубертатно-суицидальные нью-металлисты с пирсингом во всех подобающих и неподобающих местах, пытающиеся прорычать в лицо судьбе о том, насколько она несправедлива по отношению к ним.
– Звучит заманчиво!
– Я им немного льщу.
– А выбор есть?
– Как с «Макдональдсом».
– То есть – нет?
– То есть – нет, ага.
– Тогда пойдем.
От дома Артема до располагавшегося на улице Мира клуба «Орландина» они решили идти пешком. По пути заглянули на Сытный рынок, где в киоске приобрели две бутылки джин-тоника «Molotov-коктейль» – «для разгона», как выразился Артем.
Джин-тоник пили, сидя на разломанной лавочке в одном из проходных дворов Петроградской стороны. Поднявшийся к вечеру ветер гнал по небу низкие темные тучи, задевавшие своими обвислыми боками острия антенн на крышах домов.
– Зимой в воздухе пахнет, чувствуешь? – спросил Артем Матвея, делая глоток из своей бутылки.
– По-моему, мочой тут пахнет, – пожал плечами тот.
– Я ему о возвышенном, а он… – Артем засмеялся, полез за сигаретами. – Мочой тут, конечно, тоже воняет, но что поделать – культурная столица. А вот про зиму – помяни мое слово, на днях снег выпадет.
– Выпадет – и хорошо. Давно пора, – не стал спорить Матвей.
– Зима – холода, замерзают два мента, – напел Артем.
– Не поминай всуе, – оборвал его Матвей, – а то еще, не дай бог, нарисуются на наши головы…
– Не нарисуются. Пойдем? – Артем оторвался от лавочки, швырнул в кусты пустую бутылку.
– Хулиганите, гражданин, – поднимаясь с насиженного места, произнес Матвей нарочито низким голосом, – а еще о культуре рассуждаете…
– Ты про бутылку, что ли? – Артем ухмыльнулся. – Так урны надо ставить, и вообще… – он полез в карман за сигаретами, – местные жители свои дворы по самые крыши засрали, так что я в сравнении с ними ангел почти…
– Ага, ангел. Не смеши… – договорить Матвею не дал резкий порыв ветра, едва не сбивший с ног, в лицо полетела пыль и сухая грязь.
– Давай-ка скорее в клуб, а то стихия погребет нас среди этих мрачных трехсотлетних развалин, – с трагическим пафосом произнес Артем, ускоряя шаг.
– Ага. – Матвей поежился и двинул вслед за ним.
Из колонок оглушительно ревели перегруженные гитары, посылая в наэлектризованное пространство пульсирующие волны, звуковой аритмией стучали разнузданные ударные, потный патлатый вокалист ревел что-то нечленораздельное в неистово содрогающийся зал. Казалось, в этих сомкнувшихся стенах просто нет места такому количеству народа и звука одновременно. Энергия, сосредоточенная в небольшом зале, высвобождаясь, просто обязана была разорвать его на части, пустить раскосые трещины по поверхности всего унылого мира…
Но взрыва не происходило, и через десять минут ты привыкал к этой плотной стене звука. Еще минут через пять ты мог уже свободно общаться со своими спутниками или же заводить новые знакомства. Звук уходил в тебя, и ты впускал его, сам становясь его частью.
Первые полчаса в клубе ребята торчали у бара, смакуя местное разливное пиво в пластиковых полулитровых стаканах. «Ночь Альтернативы» была фестивалем андеграундных групп, играющих тяжелую музыку, команды сменяли друг друга на сцене каждые десять-пятнадцать минут.
С их позиции у бара слов песен было практически не разобрать, впрочем, Матвей не был уверен, что сможет это сделать, даже оказавшись в зале. Слишком громкими были гитары, и слишком звероподобной манера исполнения. Он поделился своими соображениями по этому поводу с Артемом.
– Забей, – махнул рукой тот. – О чем они могут петь? Ты меня кинула, теперь я сильно расстроен, пойду порежу руки или убью бомжа…
Впрочем, Матвей различил в его голосе некоторые нотки зависти. Он готов был биться об заклад, что Артему сейчас хотелось самому оказаться на сцене вместо этих «альтернативщиков» и исполнить хоть пару песен из их программы, на которую они потратили два последних месяца довольно регулярных репетиций.