I. У огромного большинства людей воля вызывается преимущественно телесными потребностями. Их можно назвать действующими по инстинкту. Они способны не только на физические работы, но и на творческую деятельность разума в пределах физического мира, в области торговли и промышленности и всякой практической деятельности.
II. На второй ступени человеческого развития воля, а следовательно, и сознание, сосредоточены в душевном мире, то есть в области чувствования, воздействующего на интеллект. Люди этой категории действуют под влиянием одушевления или страсти. По своему темпераменту они способны стать воинами, артистами или поэтами. Большинство литераторов и ученых принадлежит также к этому разряду. Ибо они живут в условных идеях, направляемых страстями или ограниченных узким кругозором, и не поднимаются до чистой идеи, до всеобъемлющего миропонимания.
III. Третий, несравненно более редкий разряд составляют люди, воля которых сосредоточивается, главным образом, в чистом разуме, освобожденном от влияния страстей и от границ материи, что и придает понятиям этих людей характер всеобъемлющий. Это люди, действующие под влиянием интеллекта. Из их рядов выходят общественные деятели, поэты высшего разряда и в особенности истинные философы и мудрецы, те, которые, по Пифагору и Платону, должны бы управлять человечеством. В этих людях страсть не погасла, так как без нее ничто не совершается на земле, и она представляет собой силу огня или электричества в нравственном мире. Но страсти у них служат разуму, между тем как в предшествующей категории – разум бывает, по большей части, слугой страстей.
IV. Самый высший человеческий идеал осуществляется в четвертом разряде, где к господству разума над душой и над инстинктом присоединяется господство воли над всем существом человека. Покорив всю свою природу и овладев всеми своими способностями, человек приобретает великое могущество. Благодаря могучей силе сосредоточения воля, такого победившего человека, действуя на других, приобретает почти безграничную власть. Такие люди носили разные имена в истории. Это адепты, великие посвященные , высшие гении, которые содействовали преображению человечества. Они рождаются так редко, что их можно сосчитать в истории человечества [43] .
Очевидно, что эта последняя категория не подлежит обычной нравственной мерке. Но тот общественный строй, который не принимает во внимание три первые человеческие категории и не предоставляет каждой из них право на ее нормальную деятельность, не дает каждой необходимые средства для дальнейшего развития, – такой строй является лишь внешним , а никак не органическим.
Ясно, что в первоначальную эпоху, относящуюся, по всей вероятности, к ведическим временам, вожди Индии основали разделение общества на касты, основываясь на внутренних началах человека.
Но со временем это разделение, вполне основательное и плодотворное, извратилось в жреческие и аристократические привилегии. Начало призвания и посвящения уступило место наследственности. Замкнутые касты кончили тем, что окончательно окаменели, последствием чего было неизбежное вырождение Индии.
Египет, сохранивший при всех фараонах тройной общественный строй, с открытыми и подвижными кастами, принцип посвящения для жречества и экзамены для всех военных и гражданских должностей, прожил от пяти до шести тысяч лет, не изменяя своих учреждений.
Что касается Греции, то ее непостоянный характер заставил ее быстро переходить от аристократии к демократии, а от последней к тирании. Она вращалась в этом безвыходном круге, как больной, переходящий от горячки к летаргии, чтобы снова вернуться к горячке. Может быть, она нуждалась в этом возбуждении, чтобы произвести свою беспримерную работу: передачу глубокой, но туманной восточной мудрости ясным и доступным языком; создание красоты посредством искусства и основание открытой и опирающейся на земной разум науки, заменившей тайное посвящение, опиравшееся на интуицию.
Тем не менее и Греция обязана своей религиозной организацией и своими высочайшими вдохновениями началу посвящения. С точки зрения общественной и политической, можно сказать, что Греция всегда жила в состоянии незаконченном и напряженном.
В качестве адепта, Пифагор с высоты посвящения понимал те вечные начала, которые управляют обществом, и создал план великой реформы, согласованной с этими вечными началами. Мы увидим сейчас, как и он сам, и его школа приведены были к крушению в водовороте демократических бурь.