-Ничего себе!- снова сказал кто-то.
-Все в порядке вещей. Пускай злодеи знают, что их ничего не спасет!- грозно сказал Иван Иванович. - Тело убийцы повесили на всеобщее обозрение на площади перед тюрьмой, после чего сняли с петли, публично вбили в сердце осиновый кол и в завершение сожгли на костре. Я не стал ничего менять, потому что справедливо и очень, скажу я вам, любопытно. Все пройдемте дальше, а пока мы будем переноситься в Новый Свет, куда в свое время со всей Европы отправляли отбросы общества, я вам расскажу, не менее любопытный случай, произошедший в той же Англии. Надо сказать, Великобритания богата необыкновенными происшествиями и незаурядными людьми: ведьмами и колдунами, отважными хобитами, настоящими сказочниками, но главное, случаями, когда торжествовала справедливость, осуществленная неординарными способами. Вплоть до двадцатого столетия или что-то вроде этого, в Англии совершеннолетними считались лица, достигшие 19 лет, и, соответственно, люди, которые пока не обрели совершеннолетия, не подвергались ни пыткам, ни казням.
-А как вы к этому относитесь?- просил кто-то.
-Я?
-Да!
-По-разному. Ну, во-первых, вы забываете, что для меня в этом деле ни место, ни время, ни срок давности не имеет значения. Да и возраст злодея на момент злодеяния вещь сомнительная. Если пятнадцатилетний выродок взял в руки оружие и лишил своих сверстников жизни, что у вас, кстати, сейчас повсеместно, то скажите на милость, почему с выродка должны спрашивать меньше, чем с Джона Уильямса, разбивавшего людям головы? И мне все равно, что вы скажете или сделаете у себя на земле. У нас свой суд, и он руководствуется одним лишь законом, имя которому- справедливость. Хотя, с другой стороны, некоторые земные порядки порою тоже помогают вершить справедливость. Все! Я рассказываю дальше и, пожалуйста, впредь не отвлекайте, я на задании! В 1876 году в Лондоне произошло беспощадное убийство полицейского, и по подозрению в совершении злодеяния был арестован Уильям Хэброн. Он был обвинен в убийстве отца грудного ребенка и приговорен к смертной казни через повешение, но, так как на момент вынесения приговора он не был еще совершеннолетним, суд постановил ждать того момента, когда по закону можно будет вершить земное правосудие. Скажу вам по секрету, я этому посодействовал, и вы скоро узнаете, что я предпринял, только, скажу еще, что я больше всего на свете не терплю пресловутого человеческого фактора, который в девяти из десяти случаев приводит к плачевным исходам. В то время пока Хэброн ждал свой самый ненавистный день рождения в жизни, который ему нес не торт с подарками, а виселицу и сырую землю, я подкинул его адвокату кое-какие материалы, касающиеся дела, чтобы он смог с их помощью подать апелляцию. И что вы думаете из этого вышло? Смертную казнь заменили пожизненным заключением!
-Не легче!- сделал вывод кто-то.
-Но все же лучше, чем смерть!- сказала Алена.
-Несомненно!- поддержал Иван Иванович. – Но, подумайте сами, какая же это справедливость?
-Действительно!- сказал кто-то.
-Точно, черт знает что! Ой, извините!
-Вот именно, я знаю что, и не рассказывал бы об этом случае, если бы все было так, как вам кажется! И вообще, если нет таланта рассказчика, не надо и пытаться раскрывать рот, потому что будет получаться скукота, да и только. И, главное, не будет светлых мыслей, которые любой настоящий рассказчик может вложить в пусть даже и пустяковую историю. У меня, как вы сами убедились, все только серьезно, так что я буду продолжать.
-Да, пожалуйста!
-Приятно понимать, когда тебя понимают! Спустя три года произошло невероятное событие, и, как вы сами понимаете, без меня не обошлось. Рецидивист Чарльз Пис сознался, что злодейство совершил именно он, а не Уильям Хэброн. Молодой человек был освобожден и получил по тем временам крупную денежную компенсацию 800 фунтов. Ну главное - это не деньги, а справедливость!
-Удивительно!- сказал кто-то.
-А как дело обстоит со злодеем?
-А вы прислушайтесь.
Все как один напрягли слух. Воздух разрезал пронзительный истошный стон.
Как я понимаю, вопрос исчерпан?- сказал Иван Иванович, и невероятный мороз обжег ледяным дыханием экскурсию. Все вздрогнули и вжали головы в плечи, как на свирепом ветру. Кто-то даже застучал зубами. В пещере, к которой подошли люди, с кривого потолка падал снег, стояли сугробы, гудел ветер. К стальным обледеневшим прутьям было приморожено обнаженное подобие мужчины. Оно было неподвижно и настолько было заморожено, что казалось фигурой изо льда. И только в серых глазах пылал какой-то огонь, говоривший, что его хозяин не отделался вечным сном, а чувствует каждой порой своего тела беспощадное ледяное возмездие.