-Нет, не хочу!- сказал парень и опустил голову.
-Вот и я тоже не хочу, а хочу, чтобы все было, как положено. Чтобы тетя Вера мыла полы, а молодой человек был мужчиной!
-А вы знаете, как там, что парня на верную гибель подбиваете?- раздался возмущенный голос.
Иван Иванович тяжело вздохнул.
-Я сейчас совершенно про другое, и, если вы этого не понимаете, мне очень жаль. Все, вперед, людоеды не дремлют! А ты солдат, если кому расскажешь про нашу сценку, я так устрою, что тебя на Камчатку служить отправят!
-А если не расскажу?
-Тогда в Москву в почетный караул! - сказал Иванович и взял Алену за руку, отчего та расцвела, а будущий солдат сами, понимаете, не знал, куда себя деть от радости.
-Так что же дальше?- спросил кто-то.- Как свершилась справедливость?
-Жутко! 16 ударов ножом прямо в сердце.
Все с недоумением на лице стали переглядываться, пожимая плечами.
-Не прошло и два месяца после вынесения приговора,- продолжил Иван Иванович,- а именно, 24 февраля 1968 года злодей удрал из-под стражи.
-Как же так?!
-Люди, ну что же вы за существа такие? Было же сказано, не перебивать! Вот я всегда выслушаю своего господина до конца и только после этого задаю глупые вопросы.
-Извините.
-Вы задаете глупые вопросы?!- удивилась Алена, наверное, полагая, что ее рыцарь во всем безупречен.
-Конечно, и не скрываю этого, как ты сказала: не стыдно не знать, а отвратительно - не знать и воротить нос от истины, только чтобы не прослыть некомпетентным. И потом, всегда, какой бы ты ни был умный, найдется такой, который оставит тебя с носом. Досконально обо всем знать невозможно, да и ни к чему. Представь себе, какая же это скукота - все знать, и из-за дня в день ничего не узнавать нового.
-Да это, как двойка по истории!
-Хуже, Алена. Кол!
-Кошмар!
-И я о том же.
-Так, значит, выходит, что даже ваш учитель Дмитрий Сергеевич, не все знает?
-Разумеется!
-И что же это?
-Да хотя бы обряды и обычаи людоедов. Никто на свете не знает про людоедов больше, чем я!
-Да какие у них обряды, обычаи - они же неграмотные?!
-Не скажи. А кого, как и с чем кушать!
Алена раскрыла рот.
-Да и рот они раскрывают по-особому, чтобы больше откусить. Ну, не будем отвлекаться.
-Давно пора!- сказал кто-то.
-Ну, знаете!- возмутился Иван Иванович. – Мои людоеды заслуживают самого высокого внимания. Они мне столько паразитов перевоспитали, что всем исправительным учреждениям на свете не снилось. Если вы считаете иначе, я предчувствую, придется для вас уютную пещерку готовить. Так готовить или нет, я спрашиваю!- строго закричал Иван Иванович, так правдоподобно продемонстрировав решительность, что все ахнули.
-Не надо,- тихо сказал кто-то и добавил:
-Я люблю людоедов.
Иван Иванович принял еще более грозный вид.
-Что?- испуганно обронил кто-то.
-Не люблю я слюнтяев! Надо всегда отстаивать свое мнение, если вы уверены, что в нем есть логика, а не поджимать хвост. Вам должно быть стыдно, молодой гражданин, ведь у вас вся жизнь впереди. Верьте мне, я проверил, жить вам девяносто лет, так что подумайте над моими словами. А то ведь дело такое, один десяток другой реквизируем, и все, пиши пропало.
Молодой человек икнул.
-И я о том же. А теперь слушайте дальше, только подскажите, на чем я остановился?
-24 февраля 1968 года злодей сбежал из тюрьмы,- серьезно сказала Алена и улыбнулась.
-Да, но не прошло и двух дней,- подхватил слова Алены Иван Иванович.
-Как же, дней, вы говорили месяцев?- удивился кто-то.
- Правильно. Но тогда было месяцев, а сейчас стало дней.
-Как так?
-Ну что вы меня путаете! Алена скажи ему, чтобы он меня не путал, а не то я за себя не отвечаю.
Алена строго посмотрела на высокого парня и строго сказала:
-Молодой человек, если вы сейчас же не прекратите, мы за себя не отвечаем.
-Вот она справедливость!
-Это вы на что, гражданин, намекаете?- возмутился Иван Иванович.